Но Аксель не остановился, даже не замедлил шаг. Он был уже на полпути вниз по лестнице, когда ее голос настиг его:

— Не смей уходить от меня, Аксель Сент-Оркас!

Он замер. Рука на перилах, нога занесена для следующего шага. Потом обернулся и увидел, как Кэт спускается по лестнице, и в каждом ее движении читался гнев.

— Пожалуйста, будь осторожнее, — выдохнул он, дождавшись, пока она подойдет, и положил руку ей на спину, чтобы проводить на первый этаж.

Они молча прошли на кухню. Аксель налил себе стакан крепкого напитка. Хотя отчаянно хотелось крови. Но он и так едва сводил концы с концами, рисковать и тратить запасы было нельзя.

Пришлось обойтись алкоголем.

Он опрокинул первый стакан и тут же налил второй.

— Когда это закончится, Аксель? — наконец нарушила тишину Кэт. — А после его рождения ты снова будешь спорить, что мне нельзя никуда ходить, потому что ребенку нужен хотя бы один из нас? Снова будешь убеждать меня остаться дома из-за того, что есть ничтожная вероятность попасть под машину?

— Это совсем другое, и ты это знаешь. Ситуация слишком опасна. Мы ведем себя неразумно, даже допуская такую мысль. — резко бросил он, делая еще один глоток.

Кэт обошла стойку, забрала у него стакан, а потом отодвинула и бутылку подальше. Затем она поднялась на цыпочки и обхватила его лицо ладонями.

— Все, что связано с нами — безумие, Аксель. Наши отношения с самого начала были опасны. И каждый раз мы выживали. Мы побеждали. Но только тогда, когда действовали вместе.

— Мне страшно, Кэт, — голос его дрогнул, в горле встал ком. — Когда мы говорим об этом, я думаю только о том, как мне пришлось отправить тебя с Тристином. О том, как я был напуган, когда делал все, что мог, чтобы уберечь тебя от моего отца и от этого гребанного мира.

— А я была так же напугана, когда не знала, где ты, — ее ладони скользнули на его грудь. — Но посмотри, что мы сделали вместе. Ты сказал мне, что я — больше, чем просто фейри. Пожалуйста, не заставляй меня теперь прятаться на заднем плане только потому, что у нас теперь семья.

— Я не хочу этого, Кэт. Ты знаешь. Просто ты последние дни так переживаешь из-за того, что ребенок может родиться раньше срока, а это… — он запнулся, не находя слов, не зная, как еще отстоять свою позицию.

— Бояться — это нормально, Аксель. Можем бояться, и все равно делать то, что нужно, — она провела ладонью по своему животу. — Страх и мужество всегда идут рука об руку. Теперь с нами Тесса. Она не станет скрывать от нас правду, как это делают Сиенна и Миара. Я знаю, она скажет все как есть.

— Теперь мы возлагаем надежды на Тессу? — приподняв бровь, спросил он и притянул Кэт ближе. — По-моему, она слегка не в себе.

— Похоже, это ей только на пользу, — хитро улыбнулась Кэт.

Аксель фыркнул, сдерживая смешок, и коснулся губами ее макушки. Потом снова стал серьезным.

— Ненавижу все это.

— Знаю, — она прильнула к нему. — Но я не собираюсь прятаться. Я хочу, чтобы наш ребенок вырос и знал: я сделала все, что могла, чтобы он появился на свет в лучшем мире, чем тот, который мы знаем. Пожалуйста, не лишай меня этого, Аксель.

Он снова вздохнул, крепко прижимая ее к себе и думая о том, когда же она наконец поймет: он никогда и ни в чем не сможет ей отказать.

ГЛАВА 28. ЭВИАНА

— Какая послушная, — промурлыкал Мансель, обхватив ее подбородок и проведя большим пальцем по нижней губе. Он бросил взгляд поверх ее головы. — Ты отлично ее выдрессировал, мой Лорд.

— Так и есть, — отозвался Вальтер.

Эвиане не нужно было оборачиваться, чтобы представить, как он сидит в своем огромном кожаном кресле, закинув ногу на колено, с сигарой в руке.

— Она, разумеется, прекрасна, но когда она на коленях…

— Она восхитительна, — закончил Мансель. Он снова провел большим пальцем по ее нижней губе, а другая рука потянулась к молнии на брюках.

Эвиана была готова сделать все, что от нее потребуют. В этом не было ничего нового. Поэтому она удивилась, когда Вальтер произнес:

— Подожди.

— Мой Лорд? — Мансель замер, его пальцы застыли на пряжке ремня.

— У меня к тебе просьба, — сказал Вальтер, и она услышала, как он поднимается.

— Разумеется, мой Лорд. Назовите, что нужно, — ответил Мансель.

Все внутри Эвианы напряглось, но она не смела пошевелиться, пока Вальтер приближался. Его рука скользнула по ее волосам, потом он собрал их в кулак. Если бы она не знала правды, то могла бы принять эту легкую ласку за проявление нежности.

— Я одолжу ее тебе на несколько дней, — начал он, и Эвиана изо всех сил старалась не выдать своих чувств.