Не только Четери не спал в эту ночь в Песках. Летали в грозовых облаках над Истаилом, с наслаждением отдаваясь потокам ветра, чувствуя, как играют на кончиках перьев электрические разряды, Владыка Нории и его брат Энтери. И справа и слева ощущали они других драконов, поднявшихся в небеса – все дети Инлия и Серены любили купаться в грозе, потому что вместе с огнем представляла она собой квинтэссенцию трех стихий, давших жизнь крылатому племени. Резвились драконы в потоках, как дети на мелководье, со смешливым ревом уходили от молний, ныряли в воздушные ямы и были совершенно счастливы.

Но омрачала счастье Владыки мысль о том, что Четери эта роскошь сейчас недоступна. Идти к нему сейчас не нужно было – тяжелее беспомощности Мастер принял бы жалость. И Нории понадеялся, что друг сейчас просто спит. Хотя кто из драконов мог бы спать в такую великолепную грозу?

Мысль о Четери отравила радость – и Нории, в полете подняв голову к небу, попросил:

«Матушка, я знаю, что ты и так вернула бы Четери зрение, если бы могла. Но, прошу, помоги ему снова вернуться к себе – веселому, быстрому и легкому, как истинный ветер. Помоги ему снова захотеть вернуться в небо».

Теплый ливень омывал его, словно говоря, что все будет хорошо. Или Нории очень хотелось в это верить.

Владыка опустился на крышу дворца в Истаиле, на которой они любили сидеть с братом. Посмотрел на Белый город, кажущийся в свете молний сахарным: будто припусти ливень еще немного, и он растает. Полюбовался на ауры собратьев и сосестер, ныряющих в грозе, нашел взглядом Энтери, который поднимался ввысь свечой. Завтра брат с тридцатью драконами должен был уйти в Дармоншир – на год драконы поселятся в разных графствах Инляндии, чтобы поднять урожайность. Все как условились с Люком.

Нории вспомнил о брате-ветре и улыбнулся, как всегда улыбался, думая о нем. Удивительно, как Люк делает все, чтобы дойти к цели, хотя не желает этого. Что это, как не рука предназначения?

Дождь умывал лицо, ласкал волосы и плечи, наполнял силой и негой. И Нории, как был обнаженный, направился к Ангелине. Из объятий матери в объятья жены. Есть ли счастье больше этого?

Только бы Четери снова начал улыбаться. И тогда ничего не будет омрачать счастье Владыки Владык.

Гроза плескала и с другой стороны Милокардер, спускаясь рваными тяжелыми валами с помятых божественным боем гор. Над Рудлогом стоял поздний вечер, и под раскаты грома наследник йеллоувиньского престола Вей Ши с небывалым смирением, вспоминая наставления Мастера, учил неповоротливого и мрачного от этого Матвея Ситникова бою на клинках.

Каждый раз у них было новое место занятий – то проулочек, то чей-то огород, то заброшенный детский сад, среди лошадок, качелей и беседок. Вей Ши продвигался со своими полка́ми ежедневно, и Ситников никогда не знал, где застанет его очередным вечером.

Группы боевых магов, в которые входил Матвей, располагались отдельно от основного войска – в палаточном лагере под Мальвой на территории базы, уничтоженной наступившим на нее богом. Прямо рядом с озерцом, на дне которого остался и полигон, и бункер, и раскрошенные в порошок здания. Когда возникала необходимость, отряды магов переносились туда, где планировались бои, освобождение городов или уничтожение крупных соединений иномирян.

Йеллоувиньские же полки были заняты на освобождении Мальвы, которое из-за обилия гражданского населения и того, что иномиряне прикрывались им, шло медленно – улица за улицей, дом за домом. С наступлением ранней летней южной темноты бои периодически стихали, и тишина разбавлялась редкими выстрелами, верещанием инсектоидов и шумом степного ветра.

Вей Ши нашел Ситникова через командование рудложской армии сразу после прибытия под Мальву: обещание Мастеру нельзя было не исполнить. Точнее, как нашел – передал сообщение, что будет ждать его каждый день в девять вечера по наказу Мастера.

В первый день Ситников не появился, во второй – все же пришел, но занят в бою был уже Вей, и из Зеркала молодой маг шагнул прямо в разгар битвы: отряд йеллоувиньцев, которым командовал принц, зажал группу иномирян на охонгах на одной из улиц Мальвы, и планомерно под атаками стрекоз уничтожал их.

Ситников не растерялся, присоединился к бою – а затем, когда на улице все затихло, Ши отдал все приказы, а отряд стал срочно сооружать баррикаду перед следующим переулком, на котором засела группа иномирян со стрелковым оружием и гранатометами, спросил:

– Тебе помощь нужна была, что ли?

– Это тебе нужна помощь, – ответил наследник сдержанно, наблюдая за своими людьми и забрасывая на плечо автомат. – Мастер велел мне обучить тебя. Так что, если ты готов, следуй за мной. И приходи ко мне каждый вечер в девять.

Ситников пожал плечами и пошел рядом с Веем.

– А если я буду занят? – пробасил он.

– Тогда не приходи, – невозмутимо ответил Вей Ши.

– А если ты будешь занят?

– Тогда уходи, – совершенно серьезно ответил наследник.

Невольный ученик захохотал.

– А ты, оказывается, умеешь подкалывать.