— У нас есть соглашение, — отчеканил он. — Я помогаю вытащить Гриффина и Маркуса Иванова в обмен на свободу. И точка. И мы делаем это исключительно потому, что я понимаю: в интересах «Сабертона» — не давать Джейн Пеннингтон повода разнести нас к ебеням, даже если моя мать не разделяет мою точку зрения.

«В интересах компании»? Мое сочувствие мигом лопнуло как мыльный пузырь.

— Да без разницы, — отрезала я. — Выглядишь ты как кусок дерьма, так что приводи свою задницу в порядок, пока мы не притащили тебя в Башню «Сабертон».

Брайан указал рукой на дверь:

— Двигай, Сэйбер. Как только разберемся с этим, встретимся с Джентри для финального планирования.

Оставив мужчин разбираться с их делами, я спустилась на первый этаж. Наоми сидела на диване в гостиной, закинув ногу на журнальный столик.

— Всё как в старые добрые времена, — произнесла она со слабой улыбкой.

— Ты сама-то как? Оклеймаешься?

— Конечно. Старое дерьмо, новый поворот. — Но из её груди всё же вырвался долгий, тяжелый вздох. — Мы ведь когда-то были так близки. Я играла с дедушкой в шпионские игры, которые потом переросли в реальную работу. А Эндрю всегда был так называемым «ответственным ребенком», зацикленным на всякой скукотище.

— Скукотище для тебя, — вставила я. — У меня сложилось стойкое ощущение, что ему вся эта канитель реально нравится.

Болезненная гримаса промелькнула на её лице.

— Да, нравится. Теперь, — добавила она. — Нас с самого детства натаскивали под наши таланты и наши будущие роли. Мне повезло, я свою стезю обожала. А он… он просто научился любить свою. — Она прикусила губу. — Я никогда не думала, что бросила его, но, наверное, в каком-то смысле так оно и вышло.

— Не вздумай себя за это грызть, — отрезала я. — Он взрослый мужик и сам принимает решения.

— Эндрю есть Эндрю. Мне не привыкать. — Выражение решимости снова застыло на её лице, хотя теперь я подозревала, что эта её Суровая Решимость была такой же фальшивой ширмой, как и маска Хладнокровного Бизнесмена у её брата. — Вот вытащим Маркуса и Кайла, и у меня будет вагон времени, чтобы повозмущаться насчет приоритетов моего брата, — продолжила она.

— Золотые слова. — Я быстро обняла её. — Пойду проверю, как там Пирс и что у нас по плану. — Я уже развернулась, чтобы уйти, но притормозила: — У тебя пинцета случайно нет?

Она озадаченно захлопала глазами, но всё же выудила пинцет из своей сумки и протянула мне.

— Спасибо. Верну перед выходом. — Я еще не знала всех деталей плана, но прекрасно понимала: одна из его ключевых частей зависит от того, насколько успешно Пирс сможет выдать себя за настоящего Пирса Джентри.

Пирса я обнаружила в гараже. Внедорожника и след простыл, а на его месте теперь красовался белый грузовой фургон. Пирс как раз захлопнул задние двери фургона и повернулся ко мне.

— Энджел? Что-то не так?

Широко ухмыляясь, я победно помахала пинцетом у него перед носом:

— Погнали, чувак. Нам срочно нужно приструнить твои брови.

Глава 32

Глава 32

Вот во что превратилась моя жизнь. Сижу, скрючившись на самом дне мусорного бака.

Он хотя бы был чистым и, надо отдать ему должное, чертовски вместительным — для мусорного контейнера. Пирс и Брайан до этого долго бубнили что-то про технические характеристики, грузоподъемность и два кубических ярда, бла-бла-бла. Глубиной около трех футов и площадью чуть меньше больничной койки, эта штуковина представляла собой здоровенный синий пластиковый мини-контейнер на колесиках.

Я сидела в нем, поджав колени, последние несколько минут — точнее, с тех самых пор, как мы пересекли реку и въехали в Мидтаун по направлению к штаб-квартире «Сабертона». Плюс всей этой ситуации заключался в том, что Брайан сидел в баке вместе со мной. По сути, он прижимался ко мне со спины, и я не могла не получать от этого чисто первобытное физическое удовольствие, хотя и относила Брайана к особой категории «Лучшие друзья и Старшие братья».

В свою очередь, я сама обнимала завернутый в одеяло приличный арсенал инструментов, которые могли нам пригодиться. А вместо слегка бугристой подушки у меня под головой лежал термосумка для ланча с несколькими зип-пакетами нарезанных мозгов — из запасов лаборатории у нас оставалось всего три оригинальных пакетика. «Пожалуй, даже хорошо, что Филиппу пришлось остаться с доктором Никасом», — размышляла я. Филипп — парень крупный, и мне было трудно представить, как они с Брайаном мило обнимались бы в мусорном баке.

— Заезжаем на парковку, народ, — раздался голос Пирса, прервав мои мысленные блуждания, что было весьма кстати, учитывая, куда они меня заводили. Я почувствовала, как фургон повернул, затем последовала пара ухабов и ощущение, что мы спускаемся по небольшому склону. — План у нас есть, но держите ушки на макушке, — продолжил он. — Всё может измениться в любую секунду.

Фургон сдал назад, замер, и двигатель заглох. Брайан позади меня слегка повернулся, и я едва подавила безумный порыв захихикать.

— Что такое? — прошептал Брайан.

— Ты тычешь мне пушкой прямо в задницу!