— А если… Если ты добавишь своего огня к тому, что уже есть? — мысль была дикая и очень опасная. Она и так очень рисковала, выставляя на обозрение дракона. Она уже видела, как люди задирают головы, как стражники замедляют работу, готовые в любой момент броситься бежать от страшного монстра. Если при этом дракон начнет еще и огонь извергать …

Вместо ответа Амоа сложил крылья, резко снижаясь, затем снова расправил их, делая несколько резких взмахов. Туда, куда он устремился, никого не было, область распространения огня заканчивалась небольшим ручьем, за который пока не перебралось пламя.

Она почувствовала глубокий вдох дракона, то, как наполнялись его легкие, затем он резко выдохнул, и извергнутое им пламя огненной волной пробежалось по полю, по уже выгоревшим участкам, растеклось во все стороны, озаряя светом сумеречное небо, накрыло собой горящие деревья, кусты, догорающие стога сена. А затем исчезло.

А вместе с ней исчез и пожар. Стало темнее и тише.

Кая подала дракону знак снижаться.

В самую гущу народа на крылатом чудовище лететь было нельзя. Она лишь настроит их против себя. Легко соскользнув, она повернулась к Амоа:

— Ты… не мог бы обратиться обратно? — она судорожно пыталась решить, что делать дальше.

Выходило, что ей очень необходимо присутствие Амоа рядом, но чтобы он был незаметным.

Дракон тряхнул головой, широко раскинул пасть, будто собирался то ли издать громогласный рык, то ли снова выдохнуть пламя. Затем недовольно поскреб передней лапой выжженную землю.

— Я с удовольствием попугала бы сейчас всех тобой, но мне нужно пойти туда, — сказала она и указала в сторону поселений, — до того, как все разбегутся в ужасе. И да. Тебе лучше стать невидимым. Не хочу, чтобы дракона связывали с тобой.

Амоа склонил голову вбок, размышляя об этом. На самодовольной клыкастой морде было написано, что «разбегутся в ужасе» — это его самый любимый исход.

— Амоа! Время уходит! — с нажимом попросила она, не зная, как еще достучаться до дракона.

Если он решил изводить ее, то сейчас не самое удачное время и место.

Но дракон на это лишь хлопнул крыльями, странно покрутив мордой. И что он пытается сказать этим?

— Ну и Бездна с тобой! — не выдержала Киара, отворачиваясь и скрещивая руки на груди.

Идти предстояло через все поле, а ее туфли были открытыми, скоро в них набрались земля и песок, так что уже спустя десять минут пешего хода Кая была готова сама выть и рычать. Она даже чуть не упала, удержав себя лишь с помощью воздушной волны, выброшенной вперед.

Когда настороженная толпа впереди показалась достаточно близко, Кая незаметно привела себя магией в порядок, расправила плечи и чуть сбавила ход, надеясь, что весь ее вид излучает спокойствие, уверенность и величие.

Толпа притихла. Войсковые части, которых Ирил привел для тушения пожаров, вышли вперед, готовые то ли броситься на защиту королевы от разъяренного народа, то ли, напротив, на защиту народа от сошедшей с ума королевы.

Киара остановилась в десятке шагов от них всех, вглядываясь в настороженно смотрящие на нее лица. Грязные от пепла и сажи, перепуганные. Чудом не лишившиеся сегодня своих домов.

В голове крутились десятки тысяч фраз, но сейчас все они казались глупыми, пафосными, ничего не значащими.

Неожиданно она почувствовала, как ее плеча коснулась рука, и в тот же момент по телу пробежали мурашки. Чуть скосила взгляд — никого.

— Я все ждал, пока ты скажешь «пожалуйста», но, похоже, легче камня с горы Валаад дождаться, — услышала она тихое фырканье.

Пришел.

— Меня зовут Киара, — громко начала она. — Я новая королева Диагона. И я ведьма.

По толпе прошел то ли испуганный, то ли возмущенный возглас. Вряд ли после того, как она летала на драконе, кто-то здесь еще сомневался в ее причастности к колдовству, видимо, просто не ожидали такого открытого заявления. Все равно что самому обозвать себя самым худшим словом.

— Как видите, многие не согласны с тем, что я нахожусь на троне, — она взмахнула рукой, показывая на сгоревшие поля позади нее. — Они решили, что таким способом заставят меня предать свой народ и свою страну. Они будут пойманы и понесут заслуженное наказание за то, что подвергли вас всех опасности.

Она заметила несколько знакомых лиц в толпе. Чуть поодаль стояли братья Этраж, Адам Герэ держал в руках мокрый войлочный щит, которыми обычно закрывали огню путь и защищали здания и постройки.

— Что мы теперь будем есть?

— Как же наш урожай?

— Мы остались без урожая!

— Да, и дракон. Что, если дракон снова прилетит и сожжет всех нас?

Одинокие выкрики становились все громче. Людям было безразлично возмездие, споры аристократов между собой и подковерные дворцовые игры.

— Мы ведь сможем? — шепнула Кая, понимая, что настал момент истины.

— Не попробуем — не узнаем, — фыркнул Амоа, будто результат не был важен.

Не говоря больше ни слова, Кая повернулась к людям спиной и раскинула в стороны руки, вспоминая, как она превращала угольки в булочки. Но одно дело — сосредоточиться на маленьком блюде. Другое — на огромном поле.