Спустившись, он поймал одного из слуг, коих в замке, по его мнению, было непростительно мало, и велел накрыть для себя завтрак. Еще одна странность, к которой нужно было привыкнуть — никто ничего не делал без прямой на то указки. Хотя это еще можно было списать на то, что много людей погибло на празднике, а те, что нет, разбежались, не доверяя новой власти.

Завтрак тут принимали или в своих покоях, или в небольшой столовой. Его бы воля — он бы, конечно, выбрал первое, но сидеть рядом со спящей Киарой не слишком хотелось. Ее и так было… слишком много. Слишком много буквально во всем.

Не она была виновником и причиной его бед, но, так или иначе, стала на них ответом, и за последние два дня Амоа никак не мог выбрать нужную тактику поведения с ней, попросту выжидая.

Вариантов пока было несколько. Самый очевидный — влюбить в себя неискушенную девушку. Влюбленные женщины, хотя, впрочем, и к мужчинам это так же относится, часто теряют разум. А уж после можно будет поступать с ней, как вздумается.

Следующий вариант — стать правой рукой. Незаменимым советчиком, без которого ее правление будет под угрозой. Ее костылем, без которого она не сможет стоять. Помочь ей упрочить свое влияние, навести на врагов ужаса одним драконьим видом. Грань между тем, чтобы следовать чужим советам и исполнять чужую волю, на самом деле очень тонка.

Третьим вариантом было не вмешиваться, подождать, пока у ведьмы ничего не выйдет, пока она не решит бежать. А после, когда путей к отступлению у нее окажется немного, отправиться вместе с ней в Ниан, поманив информацией о проклятии и о том, где может быть источник той черной субстанции, которая погубила местную королевскую семью.

Амоа в очередной раз обдумывал свое положение, когда заходил в столовую. В целом, все было гораздо лучше, чем он предполагал.

После поездки на рабовладельческом судне нынешние условия можно назвать отличными. Да и с Киарой, по сути, он и не общался в последние дни. Вот только все равно ощущение несвободы и зависимости давило. Одно дело знать, что ты в любой момент можешь уйти, улететь куда угодно. А другое дело — понимать, что любая прихоть капризной ведьмы, и он будет стоять на коленях.

С другой стороны, чем это отличается от его служения подгорному королю?

«Она не бессмертная! Она — всего лишь человек, в этом вся разница! Ставить себя ниже другого человека — все равно что самому признать себя жалким червем…» — мелькнула мысль, заставляя скрипнуть зубами.

Амоа уселся за стол с уже расставленными блюдами, спиной к горевшему камину. Еще одна странность — разжигали огонь здесь и летом, хотя даже в его стране, где магов был дефицит, предпочитали обогреваться волшебством — вырезали специальные руны прямо на стены, и переодически напитывали их магией. Гораздо дешевле и экономичнее.

Наконец вынесли поднос. Завтракать в Диагоне было принято очень плотно.

В этот же момент из-за дверей выплыла еще одна фигура, понять, кто это, было невозможно из-за огромной стопки из книг, тетрадей и свитков впереди.

Амоа только и успел, что повернуться, как увидел, что этот некто на полном ходу налетел на служанку с подносами.

Громкий женский крик — и его завтрак оказался на полу, а вместе с ним там оказались и все бумаги неизвестного. Несколько свитков даже улетело в камин.

— Нет! Нет! — истошные женские причитания заставили поморщиться.

Нет, он, конечно, тоже недоволен, что придется опять ждать еду, но что же так переживать?

Вот только причитала отнюдь не служанка, на мгновение испуганно застывшая на месте, а невысокая белокурая девушка в мятой одежде. Он ее прежде видел на нескольких советах…

Как же там? Виоли… Вайлили…

Выглядела та немного безумно. Под глазами круги, распущенные волосы не мыты и не расчесаны. И сейчас она занималась тем, что пыталась вытащить кочергой из огня упавшие туда свитки. Но проще, пожалуй, было подгорного короля из-под Валаада вызволить, чем таким образом спасти бумагу.

Поняв бесполезность своих попыток, девушка, приставила кочергу к стене,и запустила пальцы в волосы и громко запричитала.

— Будь добра, замолчи, — негромко произнес Амоа, и вместе с тем его команда подействовала мгновенно.

Блондинка дернулась, будто только поняла, что в столовой еще кто-то есть, а когда увидела, кто именно, испугалась.

Реакция девушки позабавила и заставила вполне искренне улыбнуться. Давно люди его так не пугались, он даже забыл, как это приятно.

— Завтрак сам себя не подаст, — усмехнувшись, сказал он служанке, и та, придя в себя, бросилась куда-то в подсобные помещения.

Следовало сделать замечание, что нужно сначала убрать тут все и поднять книги со свитками, но это уже были не его проблемы. Он просто хотел есть.

— Я знаю, кто вы, — тоненький голосок заставил его снова повернуться к блондинке.

— Да? И кто же я? — удивленно спросил он .