— Я не собираюсь подчиняться какой-то… — он замолчал, когда Киара запустила руку под его рубашку и чувствительно царапнула ноготком кожу. — Ведьме.

Последнее слово прозвучало хрипло, и, не выдержав напряжения, нианец все же развернулся, схватив ее за запястье.

— Не играй со мной, — предупреждающе прошептал он. Ноздри при этом раздувались, грудь часто вздымалась, зрачки, которые были до этого лишь узкими щелками, закрыли собой радужку. — Я — не один из твоих ручных зверьков и никогда им не буду.

— «Один из»? — не смогла удержаться от колкости Киара, захваченная каким-то новым, непонятным для себя чувством, сопротивляться которому оказалась не в силах. — Ну что ты. Ты у меня единственный. Хочешь, буду звать котенком? Давно завести мечтала. Амоа моментально вспыхнул, утробно зарычав от этих слов. С силой толкнул ее к стене, зажав запястья девушки над головой своей огромной рукой . Угрожающе навис, смотря с яростью. Казалось, в этот момент он раздумывал, какой из всевозможных способов убийства будет для нее самым мучительным.

— Похоже, мне удалось затмить собой остальных твоих врагов? — Киара не могла понять, откуда брались эти саркастичные шутки,

— Ну что ты. У меня нет других врагов. Ты единственная, — произнес он, тяжело сглатывая. Каких же сил ему сейчас стоило сдерживаться?

— Не я сделала тебя рабом. Кажется… ты говорил, что сам себя им сделал? — она указала взглядом на собственные руки, которые он до сих пор удерживал. — Так, может, стоит вести себя соответствующе? Раб?

От ее слов Амоа буквально затрясло, он вдруг отстранился и с безумным воплем что было силы ударил стену рядом с ее головой, оставляя в ней огромную вмятину. Рунные узоры на теле нианца заискрились теплым желтым светом.

Киара буквально задохнулась от испуга, понимая, что, кажется, перегнула палку, стараясь вывести его на эмоции.

Сам же мужчина резко развернулся, отходя от нее.

Некоторое время девушка не решалась вновь начать разговор, боясь, что за этим опять последует взрыв.

— Мне нужна твоя помощь, — наконец осторожно произнесла она после продолжительного молчания. — Ты говорил, что знаешь, как со всем этим справиться, что проклятие тебе знакомо. Помоги мне спасти моих родных, снять его. И тогда в ответ я сниму свои чары.

Кая думала, что сейчас он снова начнет язвить, будучи в гневе и по-звериному смотря на нее, но вместо этого услышала полный боли и усталости голос своего узника:

— А до того момента я останусь цепным псом у тебя на поводке? Я пытался уйти, не смог отойти от замка и на сотню шагов.

На языке так и вертелось: «Поводок можно и удлинить», но Киара благоразумно промолчала.

— Амоа… — кажется, она впервые назвала своего узника по имени.

Так странно было его произносить. Как воздушный поцелуй, легкий и вместе с тем полный какого-то затаенного темного обещания. Как можно было назвать такого жесткого человека таким невесомым именем? А еще говорят, что имя определяет судьбу.

Он внезапно обернулся к ней, требовательно заглядывая в глаза, будто звук собственного имени был для него даже худшим оскорблением, чем слово «раб».

— Если я отпущу тебя, я умру, — просто сказала она ему. — А вместе со мной и моя семья.

— Хорошо. Я помогу, — внезапно сказал он, — избавлю от той тьмы, что сейчас в зале. Но взамен хочу кое-что получить.

Кая кивнула, соглашаясь с его условиями.

— Если это не отмена ритуала…

— Женщина, что мы встретили в вашем замке. Рене. Отдай мне ее.

Киара несколько секунд взвешивала все «за» и «против». Она понятия не имела, где сейчас делегация из Ниана, и жива ли эта самая Рене вообще, возможно, ее тело — одно из тех, что сейчас лежит в бальном зале.

А даже если эта женщина жива, не обернется ли проблемами с другой страной в будущем попытка схватить ее?

Так или иначе — будущее еще не наступило, а проблему с расползающейся тьмой нужно решать прямо сейчас.

— Договорились.

Уголки губ Амоа дернулись, выдавая предвкушение. Мужчина задумчиво смерил ее взглядом, и было видно, что он собирается сказать что-то, возможно, добавить какие-то дополнительные условия. Но Киара его перебила.

— Почему ты так уверен, что справишься? Ты ведь понимаешь, что магию использовать нельзя? А обычный огонь без той же магии контролю не поддается.

— Или даешь мне попробовать, или решаешь проблему самостоятельно, — хмыкнул он.

— Просто ты так и не ответил, где встречал похожее раньше, — протянула она, пытаясь понять, во что все это выльется.

В ответ Амоа лишь повел бровью и отступил к двери.

— Прикажешь, я отвечу, — хмыкнул он, — Ваше Величество.

. Ответит он, как же. Она уже поняла, что нианец виртуозно умеет не только сопротивляться приказам, но и обходить любые вопросы.

Стража по-прежнему стояла в коридоре, хотя количество человек уменьшилось. Видимо, Ирил благоразумно решил отправить куда-то своего сына с поручениями.