— Заглуши машину и возвращайся в боксы, — распоряжается Бранни.

Я делаю, что мне велено, пока не успел угробить что-нибудь еще. Остается лишь гадать, что скажут телевизионные комментаторы, обсуждая возможные причины моей аварии. Я уже почти слышу их голоса: «Какое разочарование, но главное, что с ним все в порядке».

Только я не в порядке. Совсем не в порядке. Я облажался по-крупному и речь не об аварии.

Я не могу перестать думать об этом, даже когда выбираюсь из разбитой машины и ухожу, оставляя позади ущерб на миллионы долларов. Если быть честным с самим собой, теперь все уже никогда не будет как прежде.

Потому что прошлой ночью я поцеловал Уиллоу Уильямс. И теперь я покойник.

ГЛАВА 1 Уиллоу

Семь месяцев спустя, май. Нью-Йорк

Я чуть не спалила квартиру. Снова.

Приготовить макаруны не должно быть настолько сложно. Они маленькие, милые, да и ингредиенты в рецепте проще некуда — всего лишь яичные белки, миндальная мука и сахар. Так почему, ну почему у меня не получается приготовить ни одной партии и не испортить ее подчистую?

— О нет, черт, — бормочу я, хватая с кухонной стойки прихватку и вытаскивая из духовки уже дымящиеся пирожные.

Если верить таймеру, им нужно выпекаться еще пять минут, однако они уже почти превратились в угольки. Либо в рецепте указана неправильная температура, либо мою духовку прислали прямиком из ада. Ставлю на второе.

Я отчаянно пытаюсь воссоздать классический макарун из знаменитой кондитерской «Стелла Марго», потому что месяц назад единственное ее заведение в Нью-Йорке закрылось на ремонт, а я просто не могу жить без этих пирожных. Эта новость едва не заставила меня задуматься о возвращении на Западное побережье, где «Стелла» встречается чуть ли не на каждом углу.

Впрочем, если в ближайшие пару месяцев я не найду работу, мне, возможно, и так придется вернуться в Сан-Диего и поселиться у родных. Четыре года назад я приехала в Нью-Йорк ради учебы и собиралась остаться здесь, возможно, до конца жизни. Образование оплатили мои замечательные родители при условии, что после выпуска я начну обеспечивать себя сама. Честно говоря, они без всяких возражений продолжили бы мне помогать, и средства у них определенно есть, но это вопрос принципа. Я дала слово и намерена его сдержать.

Просто я не думала, что будет настолько трудно.

В университете я вкалывала как проклятая: получила сразу две специальности — в области коммуникаций и спортивного маркетинга, дополнительно изучала английский и каждый семестр проходила новую стажировку. С таким опытом я была уверена, что легко найду постоянную работу в отделе маркетинга какой-нибудь профессиональной спортивной команды — иначе говоря, работу своей мечты. Но после десятков заявок, которые попросту проигнорировали, собеседований, после которых мне ни разу не перезвонили, и бесконечного вранья в духе «мы с вами свяжемся» я по-прежнему безработная.

Все было бы гораздо хуже, если бы я выпустилась давным-давно, а не всего неделю назад, но вакансии я ищу уже несколько месяцев в надежде устроиться к тому времени, когда получу диплом. Брат нашел работу по специальности за несколько месяцев до выпуска, поэтому я решила, что тоже смогу.

Ха. Ну да, конечно.

И вот я сижу без работы, сумма на моем банковском счете неуклонно тает, а до ближайшей «Стеллы Марго» нужно ехать два часа. Не совсем та жизнь, о которой я мечтала. Но уж чего у меня не отнять, так это старания.

— Что горит? — спрашивает Шанталь с порога кухни, морщась от запаха.

Вздохнув, я иду открывать окно и через плечо поглядываю на соседку.

— Мои надежды и мечты.

— Так и подумала. Пахнут отвратительно.

С этим не поспоришь.

— Это уже четвертая партия, которую я сегодня испортила, — сокрушаюсь я, подойдя к ней.

В поисках утешения я прислоняюсь виском к ее плечу — вернее, к верхней части руки, поскольку во мне едва набирается пять футов, а она — ангел ростом метр восемьдесят.

— Первые получились недостаточно сладкими. Вторые растеклись и стали плоскими, как блины. Третьи не пропеклись, а эти…

— Загорелись.

— Подгорели, — поправляю я, отстраняясь и предостерегающе на нее глядя.

Хотя сердиться по-настоящему не получается, ведь в какой-то момент они и правда чуть не загорелись.

— У меня ничего не выходит, и я не понимаю, что делаю не так.

— Отдохни, — велит Шанталь. Говорит она твердо, но в голосе слышится нежность. — Завтра попробуешь снова.