Я передала ему визитку. Я уже сфотографировала ее с обеих сторон и отметила звездочкой в телефоне.

— Разве это не было бы круто?

— Выступление?

— Да. Ты был бы потрясающим.

— Думаешь?

Я нахмурилась из-за отсутствия энтузиазма в его голосе.

— Джулиан, конечно. Ты был превосходен на той дискуссии вчера, и ты отличный оратор.

Он, казалось, обдумывал эту идею, глядя на почти пустой ресторан.

— Полагаю, я мог бы подумать об этом. Но у тех выступающих обычно есть что сказать, какая-то мудрость, которую они могут передать.

— Ты увлечен своим бизнесом и положительным влиянием, которое могут оказать технологии. У тебя масса мудрости, которой можно поделиться! Я не могу придумать ни одной причины, почему нет.

Его губы изогнулись в маленькой улыбке, и его глаза потеплели, когда они встретились с моими.

— Ты действительно высокого мнения обо мне?

— Да, это так. Мир заслуживает услышать, что ты хочешь сказать.

Его рука лежала на столе между нами, и я инстинктивно потянулась к ней. Моим намерением было быстро сжать ее, но он перевернул ее и крепко сжал мою.

— Ты не всегда была такого высокого мнения обо мне, — он избегал моего взгляда, глядя на наши сцепленные руки. Его большой палец рисовал маленькие круги на моей ладони.

— Нет, наверное, не была.

— Когда это изменилось?

— Мое мнение о тебе? — Джулиан кивнул, и я не смогла сдержать улыбку. — Хочешь, я немного польщу твоему эго?

Его рука сжала мою.

— Побалуй меня, Эйс.

— Постепенно, наверное. За этими еженедельными свиданиями. Наблюдая за тобой в работе… ты был действительно великолепен на этой конференции.

Его брови взлетели высоко.

— Значит, наблюдение за моей работой тебя заводит?

— Сильнейшим образом. Поговори со мной о байтах и векторах, пожалуйста.

Джулиан рассмеялся.

— Если бы я только знал это с самого начала! Я бы ни о чем другом не говорил. Я бы сидел в твоем кабинете весь день и уморил тебя до смерти.

Его рука была теплой на моей, и наши колени соприкасались под столом. Мы закончили есть, и наши бокалы давно опустели.

Будь смелой, Эмили.

— Пойдем наверх, — сказала я ему. — Я хочу провести с тобой больше времени.

Его глаза были темными и спокойными, но я чувствовала энергию, исходящую от него. Она всегда исходила, словно он вибрировал на частоте чуть выше, чем все остальные.

— Хорошо. Дай мне только оплатить счет.

— Мы делим его пополам.

Джулиан рассмеялся, действительно рассмеялся.

— Этому не бывать. К тому же, это командировка. Если тебе от этого станет легче, считай это частью суточных.

Мы молчали, пока он платил, а все еще чересчур услужливая официантка хлопала ресницами. На этот раз я сделала крошечный шаг ближе к нему и скользнула рукой под его локоть.

Джулиан наградил меня мягкой улыбкой за мое открытое проявление привязанности — улыбкой, к которой я все больше привыкала. Она казалась тайной. Тем, что он не показывал ни сцене, ни толпам восторженных поклонников.

Мы шли молча к лифтам. Я чувствовала себя наэлектризованной, воздух между нами гудел от невысказанных слов и невыполненных обещаний. Голос в моей голове отказывался прекращать свою тираду.

Он пах фантастически.

Как мне это инициировать?

Почему он не инициировал это?

Было бы ужасно неловко, если бы он мне отказал, поняла я, когда двери лифта закрылись за нами. Снова. Как бы я вышла на работу после этого?

Но зачем бы ему отказывать? Я знала, что он испытывает ко мне влечение, даже если он всегда вел себя уважительно в этом плане.

Рука Джулиана скользнула по моей талии, когда он потянулся нажать кнопку лифта.

— Ты должна говорить этим штукам, куда ты хочешь поехать, — его голос был хриплым, посылая мурашки по моей коже.

— Упс, — пробормотала я.

Коридор на нашем этаже простирался перед нами, широкий и пустой. Я знала, что мы дойдем до моей комнаты раньше, чем до его — я уже подсмотрела номер в нашем бронировании. Да. Я просто немного сталкерю.

Мы молча дошли до моей двери.

— Это моя, — сказала я и махнула в сторону комнаты 802. — Дом, милый дом.

Джулиан улыбнулся.

— Я отлично провел время сегодня вечером. Спасибо за ужин.

Я кивнула.

808 — вот номер его комнаты. Тернер однажды сказал мне, что в Китае восьмерка — счастливое число, и люди платят большие деньги за номера телефонов, содержащие много восьмерок. Я никогда не была суеверной, но внезапно ухватилась за этот факт. Его гостиничный номер был счастливым. Что могло пойти не так, Эмили?

Джулиан открыл рот, чтобы заговорить, но я перебила его.

— У тебя есть мини-бар?

Он медленно кивнул.

— Да.

— Как насчет партии в «Никогда не» у тебя? — я прислонилась к двери своего номера. — Я еще не устала.

Джулиан сглотнул, и это было слышно.

— Хорошая идея. Я в 808.