Пол был взволнован, и я это видел. Башня. Сумасшедший парень, о котором я ему рассказывал. Он ожидал чего-то из комиксов, и я был уверен, что он не будет разочарован. Примерно через две минуты я услышал рев мотоцикла, и вот Тук с ревом понесся в нашу сторону. Он спрыгнул с него и открыл замок, распахнув для нас ворота.

"Черт, вы приехали на пикник?" - спросил он. "Что ж, добро пожаловать в последний редут. Здесь человечество делает свой последний шаг. Черт, да!"

Он был одет в камуфляжные штаны, потертые боевые ботинки и черную майку без рукавов, на которой был изображен лист травы. Надпись гласила: ЛЕГАЛИЗУЙТЕ СЕМЕНА, И Я СДЕЛАЮ ТРАВУ. Может быть, я опустил эту часть: Тук также твердо верил в силу сладкого листа и был чем-то вроде фермера-наркомана. Думаю, его меры безопасности тоже имели к этому отношение. Он стоял и оценивал нас, 9-миллиметровый Sig-Sauer висел на поясе, нож был в сапоге.

Никто не знал, что с ним делать, пока я быстро представлял его. Рикки он пугал. Джимми был неуверен. Пол был влюблен. Диана просто улыбнулась, глядя на его рубашку. "Думаю, этот парень мне понравится", - сказала она.

Я пригнал "Субурбан" по дороге к вышке, и, после того как мы заперлись и активировали напряжение в ограждении с помощью его "Блэкберри", Тук присоединился к нам. С тех пор, как я был там в последний раз, около шести или семи месяцев, он многое изменил. Силосной башни и фермерского дома больше не было, на их месте стояли два здания на столбах из листового металла рядом с амбаром, и было установлено множество охранных технологий, ограничивающих башню.

"Давайте, зайдем внутрь", - сказал Тук.

В башню можно было попасть через металлическую бронированную дверь, установленную в склоне холма. Там была электронная клавиатура, и Тук ввел нас внутрь. Внутри старое хранилище, похожее на картофелехранилище, было превращено в нечто похожее на кладовую в противорадиационном убежище. Тук показал нам запертые клетки, в которых хранились армейские упаковочные ящики оливкового цвета, медицинское оборудование, герметичные бутылки с чистой питьевой водой, армейские/морские излишки одежды, ботинки и куртки. Назовите, что угодно, у него это было. Там также были три мотоцикла Suzuki и бочки с бензином и маслом.

"У меня в сарае около трехсот галлонов "хай-тест", - сказал он.

Он провел нас через другую металлическую дверь, и мы поднялись по круговой лестнице (очень похожей на маяк) на первый уровень, где было больше складов. На втором уровне находились спальни, небольшие, но функциональные, с военными кроватями, выстроенными в ряд, с одеялами и подушками. Третий уровень был гостиной и кухней Тука. Здесь же располагалась ванная комната. Там были три окна, выходящие на улицу, заделанные стальными прутьями, которые, как я заметил, были чуть выше гирлянды колючей проволоки. Мы поднялись на верхний этаж, и это было что-то вроде комнаты паники или центра управления, называйте как хотите.

"Черт возьми!" сказал Пол, когда увидел это.

"Следи за языком", - предупредила его Рикки.

"Потрясающе", - прокомментировала Дайана.

И Пол, и Диана были правы: это действительно было нечто.

У Тука была установлена техническая панель с видеоэкранами, инфракрасными мониторами, датчиками движения... и все такое. Все это было подключено к его ноутбуку. Он мог получить доступ ко всему этому удаленно с помощью своего Blackberry. Он подвел нас к раздвижной стальной двери в стене. Он открыл ее ключом, и она вывела нас на дорожку. Мы вышли на нее, и перед нами открылся вид на мили и мили, как в старой песне группы The Who.

"Ты кое-что улучшил с тех пор, как я был здесь в последний раз", - сказал я.

"Много".

"Это, должно быть, немного отбросило тебя назад", - сказал Джимми.

"Я вложил в него каждый цент, который оставил мне Сумасшедший Джо", - сказал он нам.

"Сумасшедший Джо?" сказала Рикки.

"Это мой дядя", - объяснил Тук. "Они называли его Сумасшедший Джо - Картофельный Хо. Он оставил мне эту ферму и кучу денег. Я использовал их с пользой, как ты думаешь?".

Она только кивнула.

Дик был там с нами и все еще смотрел. Я решил, что он видит что-то другое, чем все остальные. Он выглядел совершенно ошарашенным, и, полагаю, не без оснований.

"Это ужасно!" сказал Пол. "Я имею в виду, что это настолько нездорово, что я не могу в это поверить!"

Тук засмеялся и взъерошил свои волосы. Затем он обнял Рики и прижал ее к себе. "Вот видишь, детка, это место для тебя и твоего сына. Защищенное. Неприступное. Мертвые хотят встать и ходить? Пусть, говорю я. Они не прорвут мою оборону. Пусть мир катится к чертям собачьим, а мы с тобой и твоим мальчиком будем уютно устроены, как две горошины в стручке. Черт, уютнее, чем дерьмо в одеяле. Понимаешь, о чем я?"

Рикки просто уставилась на меня широко раскрытыми глазами.