Вначале я услышала вопли ужаса, что исходили с улицы, и крики со звоном оружия тут же утихли, а потом резкий порыв «ветра» вышиб входную дверь, и черное пламя ворвалось в холл, сметая всё на своем пути. И, когда оно достигло воинов, они только успели дернуться от звука падающей двери где-то позади них, а потом для них всё и закончилось. «Пламя», окутав их ноги, буквально пожрало их, а когда они рухнули вниз, то… воины просто в нем и исчезли.

«Пламя» тем временем застыло, и я смогла получше его разглядеть. Если «дым», в который до этого превращался Шантаэр, производил впечатление пушистого облака, то эта форма напоминала черное, бушующее пламя, и даже смотреть на него без опаски было сложно. Яркие белые искры, что периодически возникали в стелющемся полуметровом «пятне», только добавляли жути общей картине.

– Ненавижу эту форму, – пробурчал керр’эр’ир, и пламя вспыхнуло чуть ярче. – Но больше всего ненавижу в ней сражаться. Живые существа… такие… неаппетитные, прямо скажем.

– Ага! Это точно! – на всякий случай поддакнула и добавила поспешно: – А я – так особенно! Вообще невкусная! Горькая!

Ну а кто знает, что может в этой жизни произойти. Вдруг он обидится на меня за что-то и решит «закусить».

– Ты – вредная! – «пламя» подобралось ко мне поближе, и я вжалась в стену. – Плохая Лиэна! Глупая молодая человечка!

– Главное, что невкусная!

– Уж то, что ты невкусная, я даже и не сомневаюсь, – он «усмехнулся». – Не бойся, тебя я точно пожирать не буду. Не забывай, что отныне и до тех пор, пока Мао не вернется, я буду… ну как буду… Буду стараться тебя слушать. Но с такими твоими выходками, как сейчас, я как-то сомневаюсь, что даже стараться у меня получиться. Сначала тебе нужно всё дурь-то из твоей пустой головы выбить, а потом умные мысли заселить. Так что будешь у меня учиться, Лиэна. Усиленно учиться. Набираться уму разуму…

– Миленький, – перебила я его умоляюще, – обязательно буду учиться. И слушаться буду… Только давай отложим это всё на потом! А сначала мы поможем детям! Прошу!

– Твоя правда. Что же, зря, что ли, мы сюда пришли, – керр’эр’ир приблизился к двери и, «собравшись», полностью обволок её. И она сдалась. Точнее сдался толстый металл, из которого она была сделана. Он просто оплавился и растекся по полу серебристой лужей, сразу же застывая.

– Дай мне минуту, – произнес он, когда я рванула запрыгнуть в образовавшийся проем.

– Быстрее только, прошу! Ты ведь слышишь, они все громче начинают плакать!

– Громче потому, Лиэна, что мы всё ближе подходим. Тебе это в голову не пришло? Не торопи, – отрезал он холодно. И «пламя» сразу начало закручиваться в плотную воронку. А потом из неё начало формироваться подобие человеческого тела. Показались очертания головы, рук, ног. Обрастая всё новыми деталями, оно с каждой секундой всё больше напоминало фигуру… подростка. И, пока я, затаив дыхание, смотрела во все глаза, тело несколько раз словно дернулось, немного размываясь опять, а на третий раз оно перестало «искрить» белым, и черный дым тоже исчез. А на меня теперь хмуро смотрел юноша лет девятнадцати с небольшим рогом во лбу, длинными черными волосами, собранными в небрежную косу, острыми ушками и пронзительными красными глазами. Ростом примерно метр восемьдесят, немного худощавый, что для подростка нормально. И одет этот «персонаж» был в черные брючки, ботинки, черный же пиджак с воротником-стойкой до середины бедра и лёгкий длинный плащ.

– Шантаэр? – пробормотала я неверующе, и прижавшись ещё сильнее к стене.

– А кого ты ещё тут ожидала увидеть? – он недовольно поморщился, скривился весь и, просунув пальцы под воротник, немного потянул его в сторону, и пошевелил шеей, разминая её. – Как же неудобно в такой форме.

– Форме или форме? – не понимая, об одежде или теле он сейчас говорит, уточнила я.

– Не важно. В общем, это тело я тоже не очень люблю, – Шантаэр развернулся ко мне спиной и, зайдя в дверной проем, махнул мне рукой, приглашая следовать за ним. – Пойдем, будем наказывать мерзавцев. Пользоваться тем, что тебе не могут ответить. Обижать невинных и юных созданий неспособных воевать… Позор им! И смерть. Тьма и Мрак не будут к ним милосердными.

Глава 42

– А много у тебя таких… форм? – поинтересовалась я, догнав Шантаэра и пристроившись позади. Следовать рядом не позволяла узкая винтовая лестница, которая вела куда-то глубоко вниз.

– Что? – он ненадолго отвлекся от недовольного бормотания по поводу того, что ему всё это не нравится, и, подобрав полы длинного плаща, закинул их себе за спину, чтобы не мешали.

– Спрашиваю: а кроме дыма, пламени, коня и однорогого ушастого мальчика у тебя ещё есть формы?

– Мальчик?! Хм-м… Есть, но они мне нравятся ещё меньше чем эти.

– А почему ты всё время ходишь в облике «коня»?