– Ты чего меня так долго в прихожей продержал?

– Извини, папа, слуги отвлекли. Как поживаешь?

– Хорошо, хорошо. О, ты играешь сам с собой в шахматы? И как тебе не скучно. Давай, я за белых сыграю, – предложил Марон, садясь на сторону Наили. – Чей ход?

Северин растерянно смотрел на действия отца. Незаконченной партии было очень жаль и о–оочень хотелось доиграть её с Наилей. Северин ещё не потерял надежды победить. Их общий счёт за три недели на данный момент составлял: шесть побед Наили против его трёх, плюс четыре ничьи.

– Не надо доигрывать, пап, устал я уже от этих шахмат, – поспешно сказал Северин, убирая в угол шахматный столик. – Давай лучше вина выпьем!

Кликнув Этена, Северин пригласил отца сесть в кресла у камина. Появившийся с вином дворецкий чинно открыл бутылку, разлил вино по бокалам и незаметно кивнул на вопросительный взгляд хозяина. Расслабившись, Северин смог сосредоточиться на разговоре с отцом.

– Ты выглядишь лучше, чем я ожидал, – заметил Марон.

– Мне-то что сделается? – удивился Северин.

– Жизнь с сумасшедшей женой – нелёгкое испытание, – нахмурился Марон. – Мне уже сто семьдесят три, а я никак не могу решиться на повторный брак. Собственно, я пришёл, чтобы поддержать тебя.

– Спасибо, – испытывая неловкость от своего обмана, ответил Северин. – Может, теперь ты мне расскажешь, как это было у тебя?

– Как и у всех, – вздохнул старший Таис, – я лишь дважды видел твою мать в нормальном состоянии: перед помолвкой и перед свадьбой. Я плохо помню, как она выглядела тогда. Помню лишь, что была она тихой, скромной, меня боялась. В первые дни я еще на что-то надеялся, даже в спальню её к себе три дня не брал, хотел хоть немного пообщаться, познакомиться, чтоб было что тебе о матери рассказать. Но чуда не произошло. Потом я помню только её обезумевшие глаза, когда она бросалась на меня, помню, как она с пеной у рта рвалась из рук слуг, которые удерживали её дома, когда я уезжал на работу. Когда она забеременела тобой, я каждый вечер приходил к ней в комнату, и она не столько целовала, сколько кусала меня – кусала до крови. Не думай, что ты один так живёшь сейчас – все через это проходили, сын.

Северин с тяжёлым сердцем слушал откровения отца. Ему страшно было представить, что с Наилей может случиться нечто подобное. Девушка нравилась ему! Да что там! Гораздо больше, чем нравилась! Гораздо больше! Когда она улыбалась ему, у него сжималось сердце, когда брала за руку – перехватывало дыхание и просто переполняло нежностью к ней. Северин ждал утренних поцелуев, как ничего и никогда не ждал в своей жизни ранее. В поцелуях и прикосновениях Наили были ласка и нежность, желание и симпатия. И Северин начинал верить, что она сможет преодолеть сильнейшую наркотическую тягу к нему, и надеялся, что её симпатия и нежность к нему после этого ещё останутся. Он желал, чтобы она всегда жила в его доме, пусть даже между ними никогда не будет супружеской близости. Он даже думать боялся, что через год она уйдёт и встретит какого-нибудь человеческого парня, который...

Северин оборвал свои горькие мысли, сжал зубы и вернулся к беседе с отцом. Марон Таис, глядя на мрачное и решительное лицо сына, только вздохнул.

К концу четвёртой недели брака Настя заметила, что ей становится всё легче и легче. Девушка начинала чувствовать себя подростком, излечивающимся от зависимости от компьютерных игр: поиграть ему ещё очень хочется, но непреодолимого вожделения игры уже нет, и скандал родителям, отбирающим джойстик, закатывать уже не тянет.

Лорд Таис опять начал устраивать жене тайные ночные вылазки в город. Они говорили на прогулках обо всём на свете: о системе образования (наконец-то!) магов и людей в этом мире, о происках немногочисленных политических противников нынешней королевской династии, о том, что управление отдалёнными областями страны лежит на плечах людей.

– Не все люди, окончив обязательный школьный минимум, прекращают своё образование, – рассказывал Северин. – Очень немногие продолжают учиться, практиковаться в делах ведения торговли, сельского хозяйства, развития ремёсел и прочем. Из таких людей магами назначаются управленцы на местах, особенно в отдалённых областях, где магов практически нет. Эти же образованные мужчины всегда выбирались всеми другими людьми в качестве посредников между ними и нами, магами. Соответственно, эти посредники имеют право заключать с сообществом магов соглашения от имени всех людей. В том числе договоры о совместной охране границ, условиях торговых соглашений и прочем.

– А можно подробнее об обязательной школе? Я, конечно, читаю газеты и книг уже много прочла, но именно об этом почему-то мало пишут.

– Так ничего особенного тут нет. Маги настояли, чтобы все человеческие дети в возрасте от 12 до 17 лет ходили в обязательную воскресную школу. Там их обучают чтению, письму и четырём основным действиям арифметики. После 17 лет учатся уже только по желанию.