— Гуи-гуи! — это вплелась в чудную какофонию воплей Вета. Она сидела под барной стойкой, в манеже: Фло активно помогала абсолютно вымотанному Жубу на кухне, и оставить малышку было катастрофически не с кем. 

Ирейн изможденно прикрыла глаза.

Последние дни превратились для всех работников «Медвежьего угла» в каторгу, поскольку наплыв посетителей просто ужасал: приходилось вместо стульев устанавливать перевёрнутые ящики и стелить гостям во всех пристройках. Но места всё равно не хватало. Прибыль, конечно, лилась рекой, и Ирейн знала, что порадуется ей — когда парочку дней отоспится. 

Разумеется, для всех сколько-нибудь важных гостей выделили места либо в самом Древнем Городе, либо в окруживших его по такому случаю роскошных шатрах. Но на мероприятие прибыло множество существ, которым шатры по статусу были не положены. И все они предсказуемо искали приют в единственном на всю округу трактире. 

Ноги Ирейн гудели, время близилось к полуночи, и две из трех лун уже выкатились на небо. 

— Гуи-гуи! — лепетала дочь, сонно потирая глазки кулачком. Благо, не плакала, только стискивала в руке абсолютно ужасную на вид куклу, изображающую жутковатого вида патлатую нечисть. Но, как и обещала создавшая сей шедевр Фло, с игрушкой в руках девочка вела себя намного спокойней. Потому, как и во всём, связанном с Косой Фло, трактирщица просто плыла по течению.

Когда дверь с грохотом распахнулась настежь, впуская очередного посетителя, застонали все работники трактира разом. Этому пьяному вусмерть психу, однако, было явно наплевать, что о нём подумают окружающие — в другом случае он не стал бы натягивать поверх халата, явно пародирующего традиционный драконий киото, свалявшуюся меховую накидку. Про синий колпак на голове этого очаровашки Ирейн просто тактично молчала, ибо сказать было нечего. Довершали непередаваемый колорит наряда выкрашенные в бирюзовый волосы до колен длиной, торчащие в стороны под углами столь причудливыми, словно в это дивное диво ударила молния, от которой он предварительно долго прятался по оврагам. 

— Хоть бы не маг, — простонал Жужа.

— Не с нашей удачей, — отозвался Жуб мрачно. 

Между тем этот писаный красавец пошатнулся так, что жонглёры-эквилибристы возрыдали бы от зависти, и заявил на весь зал:

— Я. Не. Пьян! 

— Я тоже, парень! — ответил ему на разный лад хор нестройных и нетрезвых голосов. Удовлетворенно кивнув, бирюзовый снова опасно накренился, для разнообразия — в другую сторону, и повторил:

— Я не пьяный... Значит, надо выпить ещё! 

— Звучит, как тост! — обрадовались синеликие посидельцы, и вот именно тут Ирейн поняла, что дело пора брать в свои руки. 

— Куда тебе ещё, миленький? — уточнила она предельно ласково. — Ты и так уже на ногах не стоишь!

— Стою! — возразил он почти что обиженно, предварительно бросив испытывающий взгляд себе на ноги — проверял, наверное. 

— Да-да, — покивала трактирщица. — Оно, знаешь, очень заметно... Да то, что ты сюда дошёл, уже чудо из чудес! 

— Я и не шёл, — разулыбался этот ненормальный радостно. — Я... вот!

Воздух вокруг него вдруг засиял слепяще, в воздухе запахло грозой и громыхнуло жутко. Ирейн охнула, пригнувшись и закрывая собой Вету. Девочка захныкала, а кто-то в зале, судя по запаху, капитально не добежал до сортира. 

— Вы где? — расстроенно вопросил над головой голос того самого пьяницы. — Почему спрятались? Смотрите, я, ик, оп — и тут! Налейте мне ещё!

Ирейн с Лиз, схоронившейся тут же, переглянулись. 

— Ты такое когда-нибудь видела? — шепнула подавальщица. — Это тебе не сопливые недоучки, он нашего амулетика и не заметит. 

Ирейн и сама это понимала, потому — было страшно. 

— Бери Вету и наверх, — шепнула она. — Быстро!

— А я вас слышу! — раздалось над их головами. — У нас, между прочим, слух абсолютный! И зачем — наверх? Кого надо нести? Я могу помочь! И если вы уйдёте, кто мне нальёт?

Ирейн прокашлялась, напомнила себе, что трактирщице в четвёртом поколении не пристало пасовать перед клиентами, и встала из-за барной стойки, пытаясь излучать уверенность. 

— Я налью, — отрезала она, — А помогать не надо, спасибо. 

— Ладно, — кивнул колдун покладисто. — Но я могу.

— Вот уж не сомневаюсь...

Ирейн окинула трактир беглым взглядом и успела заметить, как последние посетители выползают в дверь по-пластунски. Что ж, и то хлеб; теперь осталось спровадить этого. 

Снова перевела взгляд на диво дивное, которое занёс к ним полуночный сквозняк, и вздрогнула, увидев, как переливается радужка всеми цветами голубого, белого и бирюзового. Будь она немного более поэтичной женщиной, сказала бы, что в глубине глаз нового знакомого вспыхивают молнии. Иллюзии, как они есть. Или ещё одна причина не связываться с магами. Давно уже стали притчей во языцех истории тех, кто провёл ночь с дивным возвышенным видением, а проснулся... с приземлённой прозой жизни, скажем так.