— Тобой — в смысле, диванной мечтательницей, обожающей истории о дальних далях и великой любви, но палец о палец не ударяющей, дабы воплотить их в жизнь, — ухмыльнулась Элена. — Человечком, болтающимся, как дерьмо в проруби — авось куда занесёт! 

Лиз вскочила.

— Слушай ты, селёдка...

— Не нравится? Неприятно слышать? Ну прости, лекарства — штука горькая.

— Ты...

— Хватит, — попросила Ирейн. — Девочки, не стоит ссориться. Это просто пьяный трёп...

— Не просто! — рыкнула Лиз. — И вообще, легко говорить, когда тебя и боги выбрали, и водный змей опекает, и хвост в темноте светится! В человеческой жизни, небось, не была такой умной? Сильно бы ты выкобенивалась, родись в городишке на сотню домишек, где все всех знают и тянут друг друга ко дну — не морскому, а тому, что похуже? Причём всем — невежеством, тупостью, общественным, будь оно проклято, мнением, вездесущими глазами сплетников! И я тебе скажу — тут бы тебе этого не позволили, тупая рыбина!

— Лиз, думаю, ты тоже не права... — начала Ирейн осторожно. 

— Серьёзно? Ясно. Я пойду, — отрубила подавальщица. — У тебя теперь новые друзья — вот с ними и братайся. 

Подавальщица ушла, махнув косой и хлопнув дверью. 

— Хм, — русалка клыкасто улыбнулась. — Бабы и демонстративные бессмысленные обиды — старое, как мир, сочетание. Ничего, если настоящая подруга, то перебесится и вернётся — а она, кажется, таки настоящая. В любом случае, вот теперь мы с тобой можем переговорить по-настоящему, княгиня.

13

Ирейн прищурилась, глядя в большие синющие глазищи, внезапно оказавшиеся вполне трезвыми. 

— И о чём же мы будем разговаривать? — уточнила она, добавив холодка в голос. 

— О женском, — усмехнулась Элена и сложила губы трубочкой, выдувая светящийся пузырь. Тот стремительно разросся и вскоре охватил их, заключив в своих мерцающих стенках.

— Защита от подслушивания, — пояснила русалка. — Среди драконов с их совершенным слухом без этого не обойдешься. Итак... Слушай меня, девочка, и запоминай. С одной стороны, тебе достался счастливый билет: ты — пара князя, и этого никому не оспорить. Но у всего есть цена. Ты должна быть готова, что тебя возненавидят, причём все, кому не лень. Конечно, в глаза этого не скажут и в первый вечер отравить не попытаются (все же, не Русалье Царство и не Неблагой Двор), но и уважения или любви не жди. Тебя будут пытаться прогнуть, использовать, задурить тебе голову... 

— Да, — усмехнулась Ирейн. — Прямо как ты сейчас, верно?

— Неплохо, — прищурилась Элена. — Возможно, эти высшие силы действительно что-то знают... Н-да, примерно как я сейчас. Только вот мои интересы совпадают с княжескими, а с остальными тебе может не так повезти. И отсюда вытекает, что тебе придётся принять несколько правил и следовать им неукоснительно. Первое: никому не доверяй, кроме князя, господина Оса, Казначея и Главы Безопасности. Во всех спорных ситуациях советуйся с ними, не принимай поспешных решений, не иди на поводу у эмоций. Второе: помни, что вы с Тиром ещё молоды, потому очень многое в управлении Предгорьем взял на себя господин Ос. Слушайся его и тех, кого он к тебе приставит, всегда и безоговорочно, что бы там ни было — от этого могут зависеть ваши с князем жизни. Третье: держи голову холодной и не лезь в то, чего не понимаешь. 

— Говоря простыми словами, твой господин Ос отвёл для меня роль бессловесной покорной декорации, — подытожила Ирейн.

— Да, — спокойно улыбнулась Элена. — Потому что никакую другую ты не потянешь, уж прости. По крайней мере, пока что. Тебе хотя бы лет сто учиться до уровня, на котором можно будет думать о самостоятельных интригах. И будет лучше, если ты это сразу поймёшь. Видишь ли, слишком многое на кону, и не воспользоваться твоим влиянием на князя не попытается только ленивый. Говорю сразу: пока ты ведёшь себя разумно и не строишь козней против Оса, я на твоей стороне всецело, и клан моего мужа тоже. Но попытайся вести себя глупо, и мы станем врагами. То, что будет потом, тебе не понравится. Я объясняю понятно?

— Вполне. Что я могу ответить? Я буду выполнять эти условия до тех пор, пока Тир не скажет обратного. 

Русалка подперла подбородок кулачком и задумчиво сказала:

— Все же ты мне нравишься. Пожалуй, нам повезло с тобой. И, кстати — друзья зовут меня Леной. 

Когтистую руку Ирейн пожала со смешанными чувствами — когда, спрашивается, все успело стать настолько сложно?

***

— У нас скоро будут гости, — сообщил Ар флегматично, — Ориентировочно через час.

— Кого тащит нелёгкая? — уточнил Тир.

— Волки.

— Могло быть и хуже, — пробормотал князь, — Хотя бы не Лисы.

— Будут. Часа через два.