— Ну, отчего бы не поговорить, если есть о чём. Давай-ка чаю выпьем, заодно и расскажу тебе, что знаю. 

Весьма довольная таким раскладом, Ирейн не поленилась сбегать на кухню — за булочками. 

В зале было все так же пусто: все не сбежавшие сразу посетители хоронились по комнатам от лиха подальше. Только князь с лучшим другом о чём-то переговаривались у барной стойки. На вошедшую Ирейн оба уставились как-то подозрительно: в дивных бирюзовых очах Тира плескалась растерянность и немного страха, будто у Ирейн выросла вторая голова или ещё какая избыточная анатомическая деталька, а вот в серых глазах Ара отчётливо прослеживался веселый интерес. 

— Что-то не так?

И тут Тир... покраснел. Нет, серьёзно, слегонца так, но на щеках точно обозначился румянец!

— Нет, все в порядке, — заговорил он быстро, и Ирейн посоветовала себе запомнить этот тон в числе не сулящих ничего хорошего. Решив пока махнуть на охальников рукой, она отправилась за вожделенными сладостями. 

***

— Ты занимался с людьми любовью в драконьем обличье? — с порога накинулся князь на вошедшего Казначея. Тот ощутимо опешил от таких вот выворотов княжеского сознания, но жизнь придворная учит и не такому. Потому, прокашлявшись, Ар осторожно уточнил:

— Тир, с кем и на что ты додумался поспорить на этот раз?

Бирюзовый лишь рукой на него махнул. 

— Не в том дело! Вот ты ведь дракон воздуха?

— Вроде бы, — осторожно ответствовал Ар Серый, параллельно сплетая диагностирующее заклятие. 

— Значит, можешь при желании делать размер своего тела сколь угодно меньше?

— Почти, — педантично поправил Казначей. — Закон сохранения массы никто не отменял. Даже с учетом магической природы нашего оборота есть ограничения. Но в целом — да. 

— И ты никогда не использовал драконье тело для занятий любовью? 

— С драконицами, — пожал плечами Казначей. — Своеобразный опыт, но в человеческом облике мне всё же нравится больше. Но и у тебя, насколько я знаю, была парочка таких интрижек. Так почему...

— Нет же, я другое имею в виду! — возмутился князь, — Ты спал когда-нибудь в облике дракона... с людьми?

Бровь Ара стремительно поползла вверх. 

— О... Нет, никогда не понимал этой ерунды. Люди сами по себе твари хрупкие, психика у них слабая, кожа тонкая, косточки опять же, как у цыплят... Куда с ними в драконьем обличье? Но и среди них находятся любители подобных игрищ, признаю. Тут ты лучше Иса расспрашивай — вот уж кто точно испробовал все варианты. И прошу, начнём с самого начала: почему мы сейчас об этом говорим?

Именно этот момент выбрала Ирейн, чтобы прийти на первый этаж за сладостями. Настолько пойманным на горячем Тир себя не чувствовал, пожалуй, с тех самых пор, как ему было сто, и Ос застал его в постели с тремя оборотницами-кошками. Наставник тогда всего лишь кашлянул и тактично вышел, но ощущение было примерно таким же.   

Не добавлял уверенности Ар, который, конечно, смолчал, но с помощью причудливой хореографии бровей ясно дал понять, что думает о ситуации в принципе и своем полудурошном князе в частности. Между тем Ирейн, кинув на драконов ещё один подозрительно-взволнованный взгляд, ушла-таки, прихватив наполненную доверху корзинку. 

Казначей проследил, как она скрылась на втором этаже, а после склонил голову, явно пряча не приличествующую ситуации широкую ухмылку. В его случае подобное проявление эмоций было все равно, что для кого другого — заливисто хохотать, хлопая себя по коленям и разбрызгивая вокруг всякие сомнительные телесные жидкости вроде слёз, слюны и соплей. 

— Я как князь запрещаю тебе кому-либо это рассказывать, — сказал Тир серьёзно.

— Даже Ису нельзя? — спросил Ар со скорбью профессионального убийцы, несправедливо обвиненного, например, в краже яблока. 

— Особенно — ему! Могу даже закон издать, если надо. 

— Да, то-то Ос порадовался бы такому законотворчеству. Прямо воображаю, как он в соответствии с протоколом «О внесении изменений в придворный регламент» тащит эту эпохальную бумагу на подпись Совету Старейшин!

Ар только вздохнул. Признаться, не будь он князем, на подобную картину взглянуть точно не отказался бы.

Издали, правда. И хорошенько обвешавшись щитами. Но все равно, редкостной красоты было бы зрелище! 

***

— Драконы, — сказала задумчиво Фло.  — Предполагается, что они были задолго до большинства других рас. Дети первых, не очеловеченных людской верой, богов, в которых воплотились изначальные стихии, и людей-иномирцев. Как первенцы творения, драконы, а после и прочие оборотни, получили дар истинной пары — впрочем, одновременно проклятье, если хорошенько да без разноцветных стекол на глазах разобраться. Так или иначе, не будь этой особенности, потомки старших рас уже разодрали бы мир в клочья, расплодившись до невиданных масштабов. Так что, можно сказать, что таким образом мир обезопасил себя от довольно неприятных последствий.