— Это — королева Бордони, Эвалетт Девственная. Она — большая поклонница пауков, особенно ядовитых, потому прислуга в замке меняется раз в пару недель. А ещё у неё есть несколько прекраснейших служанок-фейри, которые ночами хранят её девственность. Нравятся мне эти формулировки...

— Наместник Бажен-Шабского содружества городов. По-своему очаровательный тип, любитель поэзии и искусства. Он не встаёт с кровати, пока мажордом не прочтёт ему стихотворение или не исполнит балладу. Не самый дурной типчик, с ним есть о чём поболтать. Я знакома с его любовницей, куртизанкой Малазини, лучшей танцовщицей по эту сторону пустыни Хо. Поразительная особа, жаль, что её здесь нет — но она никогда особенно не интересовалась такими сборищами. 

— Вон там стоит король Остари, Алакан. Готовься морально: он не умолкнет, пока не поведает все подробности о своей новой коллекции отборнейших перламутровых улиток. К слову, оцени иронию: видишь, как он любезничает с министром по внешним делам Ликарии? Словно и не прикончили, воюя друг с другом за никому не нужный остров, пару сотен тысяч человек. Ох уж эта политика: кому-то дохнуть в окопах, кому-то — звенеть бокалами.

— Это — король и королева Наури. Милые люди, помешанные на благотворительности. Им можно, за них в любом случае правит Палата Купцов.

— А вот и король Ликарии, Гэри. Очень симпатичный молодой человек, верно? Он перед войной казнил большую часть своих дальних родственников, записав их в низложенные аристократы. Свою двоюродную тетку, герцогиню Брильо, он приказал разорвать волами на глазах у её младшего сына, Брандана. Я немного её знала — отменная была ведьма, и детей её жаль тоже, особенно маленькую дочь. Но политика — она такова... 

— С этим человеком будь вежлива. Первосвященник Остари — не та фигура, которую стоит игнорировать, да и собеседник он получше своего правителя. И в постели, будем честны... впрочем, это уж тебе проверять не придётся. Но я оценила, да. 

— Этой даме улыбнись. Любовница короля Ликарии, сжившая со свету уже третью королеву. Большая любительница роз — лучшие сорта на человечьей половине материка, безо всякого преувеличения. Весьма интересная особа... 

И всё в таком духе.

28

Неудивительно, что в какой-то момент лица смешались в голове Ирейн, голоса превратились в монотонный гул, а истории матушки Му, какими бы поучительными они ни были, начали проскальзывать мимо сознания. Ей осталось только мысленно порадоваться за Фло, которая в качестве пары Главы Медведей предстать пока отказалась. Михал от этого в восторг не пришёл, понятное дело. Но переспорить нечисть, сожравшую две тысячи сердец — задачка не из простых.

— Как, вы думаете, я покажусь всем в таком виде? — спросила Мстислава.

— Вот терзают же иных юных особ глупые вопросы, — покачала головой Му, выражая, кажется, общее мнение. Фло вскинулась, явно собираясь высказаться насчет собственного возраста, но потом слегка присмотрелась к матушке и мысли свои оставила при себе. Ирейн не стала даже пытаться представить, сколько же Му лет — есть вещи, которые людям лучше не знать. Для собственного спокойствия, да-да.

Так или иначе, Фло осталась с Ветой, и это радовало Ирейн. Особенно её сие осчастливило, когда король Остари, пересказав все преимущества перламутровых улиток, заявил Тиру:

— Почтенный Князь, я слышал, у вас — совершенно неожиданно — появилась человеческая дочь. Позволите мне, отцу двенадцати принцесс, дать вам дельный совет?

Тир полыхнул по связи такой первобытной яростью, что Ирейн тут же принялась высчитывать мысленно налоги на ближайшую пятилетку — лишь бы за голову не схватиться да не начать ругаться. 

— Буду счастлив, — сказал меж тем князь так вежливо, что любой умный человек уже пятками бы сверкал. Король Остари, к сожалению, к умным людям отношения не имел. Первосвященник, явно заменявший правителю мозг, беседовал с Девственной королевой, и следить за выходками своего монарха ну никак не мог. Меж тем, тот отпил вина из пятого по счету бокала — для храбрости, не иначе — и мужественно продолжил: 

— У вас, почтенные драконы, таких проблем, конечно, нет — пары и всё такое прочее. Да и женщины у вас, скажем честно, драконицы. Куда ж вам знать? Но я по опыту скажу: самая большая проблема с человечьими принцессами — выдать их удачно замуж. 

— Вот как, — ещё более ласково сказал Тир.

Все нелюди, обретавшиеся по соседству, примолкли. Помощник Михала потёр переносицу, будто у него разом разболелась голова. Белый лис, до того маячивший за спиной короля Остари, осторожненько отодвинулся, всем своим видом показывая, что они не вместе.

— Именно, — продолжил человек, не замечая сгущающихся туч. — У меня как раз сыну семнадцать стукнуло, могли бы оформить брачный договор. И вам с несовпадением парадигм дела иметь не придётся — тяжело драконам с человеческим ребёнком, оно понятно. Давайте заключим брак, и воспитание принцессы в этом случае возьмет на себя наша сторона!