— Конечно, без проблем. Чем любишь заниматься в свободное время?

— Какое свободное время? У тебя в штабе дел полно. Но на выходных я люблю читать и подолгу бегать. Иногда весь день валяюсь в постели и смотрю старые фильмы.

Он кивнул: звучит весело. Следующая фраза была заготовлена заранее, но не рано ли? Верно ли выбран темп? Пришлось рискнуть.

— А больше всего я люблю океан.

Он подался вперед, оперся локтями о стол и заглянул мне в глаза.

— В детстве мы часто переезжали: отец служил в армии. Но помню пять замечательных лет в Монтерее, на базе Пресидио. Летом мы с друзьями ездили на велосипедах на пляж Дель-Монте и проводили там весь день. Так красиво. Тогда лето казалось бесконечным. В перерывах между купанием можно было просто сидеть и смотреть на воду. Там было спокойно, особенно рано утром. До переезда в Монтерей мне никогда не доводилось видеть океан, но с тех пор он у меня в крови. Очень его люблю. Единственный недостаток жизни в городе: вроде есть пляжи, но до них добираться часами, да и ощущения не те. Слишком много людей и шума.

— Ты знаешь, у меня есть дом в Хамптоне? Прямо на берегу.

— Да ладно, — прозвучала моя ложь.

— Потрясающий дом. Утром я встаю и смотрю на океан, потом беру кофе и выхожу через заднюю дверь прямо на пляж. Вокруг ни души. Только шум волн.

— Звучит как рай.

— Может, как-нибудь поедешь туда со мной? На выходные?

Удача казалась невероятной. Мой ответ был утвердительным: очень хочется.

Про дом в Ист-Хамптоне мне было известно давно. Его изображение на картах «Гугла» часами не отпускало взгляд. Поэтажные планы нашлись в районном управлении планирования и были изучены. Десятки прогулок по тому самому пляжу, десятки пробежек мимо подъездной дорожки на проселочной дороге. Ближайшие соседи тоже были известны. Под видом покупателя удалось даже осмотреть их участок, чтобы лучше разглядеть дом Патрика. Мне было известно о нем все, что только можно узнать.

Но внутри никогда не бывало.

Если все пройдет как задумано, скоро это изменится.

Пульс участился, и волнению было позволено прозвучать в голосе.

— Я с удовольствием проведу с тобой выходные в Хамптоне.

— Тогда договорились, — сказал Патрик.

Боль. Утрата. Горе.

Они были моими спутниками и путеводными звездами.

Они привели меня сюда.

Они приведут к правде. Правда скрывалась в доме в Ист-Хамптоне. Сердце мне это подсказывало.

Боль, утрата и горе не всегда только отнимают. Если правильно с ними обращаться, они могут кое-что вернуть.

Они принесут мне месть.

Глава 29

Блок

Когда Винчестер закончил рассказывать Блок и Лейку все, что знал о деле Терезы Чейз, солнце уже садилось за черные деревья. Окно за его спиной идеально обрамляло закат. Поля тянулись до горизонта и далекой полосы леса. Поглощенный рассказом, Винчестер, казалось, не замечал угасающего света. Маленькая кухня погрузилась в темноту. Лишь договорив и подняв пустую чашку, он щелкнул выключателем по пути к кофеварке.

Блок обрадовалась свету. История и так была достаточно мрачной, хотя, возможно, именно поэтому ее и стоило рассказывать в сгущающихся сумерках.

Винчестер был уверен: тело, которое нашли в лесу отец с сыном во время охоты, принадлежало Терезе Чейз. Правда, без головы. Тело обнаружили через несколько месяцев после того, как Терезу якобы унесло в море. Обычно при обнаружении останков применяют целый ряд процедур, позволяющих в большинстве случаев установить личность.

Снятых с тела отпечатков пальцев в базах не оказалось.

Стоматологические карты не помогли.

Никаких особых примет. Ни татуировок, ни шрамов.

Профиля ДНК тела не было в базе пропавших без вести. Хозяин квартиры Терезы после ее исчезновения освободил жилье от вещей и тщательно все вычистил, как делал обычно. Не осталось даже волоса на расческе, который можно было бы надежно связать с Терезой и использовать для сравнения ДНК.

МРТ не показала следов старых переломов или хирургических операций, по которым иногда удается опознать человека. В частности, не было металлических пластин с серийными номерами, по которым можно найти пациента, хирурга и больницу.

Ничего.

Вернее, оставался один способ. И именно из-за него у Винчестера начались серьезные неприятности.

Родственников Терезы Чейз, которых удалось бы разыскать, не осталось. У нее была единокровная сестра по отцу, Уиллоу Чейз, но та, судя по всему, употребляла наркотики и настолько исчезла из поля зрения, что найти ее никто не мог. Двоюродные родственники для сравнения не годились, а оба родителя Терезы умерли больше пяти лет назад.