Его пальцы скрючились подобно когтям, когда он резко перевёл взгляд на меня, и, к моему ужасу, от прежнего Филиппа в этих глазах не осталось ничего. Он вообще едва походил на человека. Я почувствовала, как мои собственные губы обнажили зубы в ответном оскале. Как я должна была ему помочь… или хотя бы остановить его?

— Энджел, я прикрою, — раздался сзади спокойный мужской голос. — Я Кайл Гриффин, меня прислал мистер Иванов.

Кайл — тренер Хизер.

— Поняла, — бросила я, не отрывая взгляда от Филиппа, чтобы обернуться.

Я сделала шаг вперёд, а затем замерла: Филипп поднялся на ноги, тяжело дыша, пока с его рук и рта капала кровь. Он запрокинул голову назад и издал жуткий, потусторонний вой, который полоснул по моим нервам словно лезвие изо льда. Волосы на моих руках встали дыбом, когда зомби-статисты со всего стадиона подхватили этот крик в своей жалкой, но от этого не менее пугающей манере.

Если у меня и оставались хоть какие-то сомнения в том, что временные зомби реагируют лично на Филиппа, то в это мгновение они испарились окончательно. Оставалось надеяться, что если мне удастся успокоить Филиппа, вся эта массовая суматоха сойдёт на нет до того, как кто-то ещё серьёзно пострадает или случится худшее. Ну да, проще некуда. Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула, намертво зафиксировав взгляд на Филиппе и плавно подбираясь к нему ещё ближе.

— Спокойно, здоровяк, — промурлыкала я.

Филипп издал утробный, животный крик, полный мучений, выгнул спину и сжал кулаки, что мгновенно погрузило массовку в новую волну истеричного воя. Его снова затрясло, и он резко повернул голову в сторону доносящихся криков, а в его глазах вспыхнул новый безумный азарт. Это было совсем не к добру.

Боковым зрением я уловила резкое движение. Я скосила глаза буквально на долю секунды — ровно настолько, чтобы увидеть того самого сотрудника из «Сейбертона», который усыпил Роланда. Он как раз выскочил из-за угла здания в нескольких метрах позади Филиппа. С решительным выражением на лице он крепко сжимал в правой руке транквилизатор.

Черт. Я мгновенно вернула фокус на Филиппа и сократила расстояние между нами вдвое, пока где-то на задворках сознания моя адекватная часть вовсю гадала, что я вообще творю.

— Хей! Филипп! — позвала я, рассчитывая, что Кайл разберётся с сотрудником «Сейбертона», пока я отвлекаю Филиппа от остальной толпы.

И словно по команде, высокий, жилистый темнокожий мужчина уверенно зашагал из-за моей спины прямо на наёмника «Сейбертона». Всем своим видом и осанкой он наглядно демонстрировал, что сейчас просто выведет этого корпоративного агента из игры, и никто на свете не сможет его остановить. Кайл был чертовски опасен.

— Назад, — скомандовал сейбертоновец Кайлу, вскидывая транквилизатор. Кайл продолжал идти вперёд, по-видимому, не обращая внимания на оружие. Мужик выстрелил, и дротик чётко вошёл Кайлу в плечо, но тот даже шага не сбавил.

Ну, по крайней мере, первые два шага. А затем он резко замер и уставился на торчащий из плеча дротик с выражением полнейшего шока и неверия на лице. Было заметно, что он ожидал иметь хоть какой-то иммунитет к транквилизаторам. И тут до меня дошло. Тот самый новый транквилизатор. Та самая дрянь, которая вырубила меня наглухо позавчера ночью, вместо того чтобы просто парализовать тело. Я, конечно, не могла не задаться вопросом, с какой стати у Кайла вообще должен быть иммунитет к обычным транквилизаторам, но сейчас явно было неподходящее время, чтобы разбираться в этой тайне.

Кайл рухнул на землю, на его лице всё ещё читалось удивление и изрядная доля раздражения. На физиономии сейбертоновского мудилы проступила самодовольная ухмылка, но она мгновенно сменилась округлившимися от ужаса глазами и миной в стиле «твою мааать», когда Филипп взревел и развернулся в его сторону, размазывая по харе ещё тёплую кровь убитого охранника. Наёмник резко крутанул ствол, целясь в Филиппа, нажал на спуск и влепил ему дротик в левый бок, ближе к талии.

Ну уж ни хуя себе! Мой сучий защитный инстинкт зомби-мамаши вспыхнул ярким, обжигающим пламенем. С диким рыком я сорвалась с места и ласточкой бросилась на этого гондона. Глаза сейбертоновца полезли на лоб, когда он меня заметил; он попытался отскочить назад, чтобы одновременно уворачиваться от Филиппа и навести транквилизатор в мою сторону, но я влетела в него на полной скорости, пока он ещё не поймал баланс. Все мои сорок четыре килограмма веса впечатали его в стойку с оборудованием, и мы с грохотом рухнули на землю — он спиной, а я со всей дури сверху.

Филипп издал ещё один полный муки вопль, который полоснул по моим ушам как пригоршня бритвенных лезвий. И массовка снова подхватила этот крик, эхом разнося его по стадиону.

С яростным рычанием я выдрала пушку из руки сейбертоновца.

— Не смей его трогать, мразь! — заорала я.

Он, походу, знатно прихуел от моей силы. Может, ему раньше не доводилось иметь дела с зомби-бабами? Но пришёл в себя он быстро:

— Свали с меня, безумная сука!

— Я не безумная! — оскалилась я. Напрягая все свои зомби-мускулы, я замахнулась и со всей дури прописала ему в челюсть.