Воздух внутри сетки перестал быть сверхтекучим и превратился в жесткую турбулентную массу, взбивающуюся и закручивающуюся вокруг вихревой неустойчивости, как какое-то безумное животное. Дюра увидела, как лопнули узлы; сетка почти изящно распалась на обрывки веревки, на грубые циновки, за которые цеплялись взрослые и дети.

Стадо воздушных свиней было подброшено в воздух, словно разбросанное гигантской рукой. Дюра могла видеть, как некоторые из зверей, очевидно, мертвые или умирающие, повисли там, куда их бросили, безвольно повиснув на магполе; остальные разлетелись по воздуху, их ревущие внутренности испускали клубы голубого газа.

Одного человека, в одиночку цеплявшегося за веревочный плот, засосало к самой неустойчивости.

Он был слишком далеко, чтобы узнать точно, но Дюре показалось, что она узнала Эска. В десятках человеческих ростов от места, где была сетка, она была слишком далеко даже для того, чтобы позвать его - не говоря уже о том, чтобы помочь,- но, тем не менее, она, казалось, видела то, что последовало за этим, так же ясно, как если бы она сама ехала на плече своего потерянного возлюбленного к смертельной арке.

Эск со своей веревочной циновкой пролетел сквозь плоскость дрожащей неустойчивости в форме арки и был отброшен за саму арку, безвольный, как кукла. Его траектория быстро теряла энергию, и, не сопротивляясь, он по спирали устремился внутрь, вращаясь вокруг арки, как какой-нибудь сумасшедший воздушный поросенок.

Тело Эска разорвалось, грудная и брюшная полости раскрылись, как открывающиеся глаза, конечности оторвались почти легко, как у игрушки.

Фарр вскрикнул, без слов. Это был первый звук, который он издал с тех пор, как они оттолкнулись от сетки.

Дюра потянулась к нему и крепко сжала его руку. - Послушай меня, - прокричала она сквозь продолжающийся шум арки. - Это выглядело хуже, чем было на самом деле. Эск был мертв задолго до того, как врезался в арку. - И это было правдой; как только он вошел бы в область, в которой сверхтекучесть нарушилась, процессы в организме Эска - его дыхание, его кровеносная система, сами его мышцы, все зависящее от использования сверхтекучести воздуха, - прекратились бы. Для Эска, когда силы покидали его конечности, когда воздух скапливался в сверхслабых капиллярах его мозга, это, должно быть, было похоже на легкий сон.

Так она подумала. Она надеялась.

Нестабильность прошла через то место, где была сетка, и устремилась в небо, продолжая свою бесполезную миссию на юг. Но прямо на глазах у Дюры форма арки уменьшалась, сжималась, ее энергия расходовалась.

Она оставила после себя лагерь, который был разорван на части так же эффективно, как и тело бедняги Эска.

Дюра притянула Фарра ближе к себе, легко преодолев мягкое сопротивление магполя, и погладила его по волосам. - Давай, - сказала она. - Теперь все кончено. Давай вернемся и посмотрим, что мы можем сделать.

- Нет, - сказал он, прижимаясь к сестре. - Это никогда не закончится. Не так ли, Дюра?

* * *

 Маленькие группки людей двигались по блестящим, вновь устойчивым вихревым линиям, перекликаясь друг с другом. Дюра пробиралась между сталкивающимися группами, отыскивая Лога или новости о Логе; она крепко держала Фарра за руку.

- Дюра, помоги нам! О, клянусь кровью ксили, помоги нам!

Голос донесся до нее с расстояния в дюжину человеческих ростов; это был мужской голос - тонкий, высокий и отчаянный. Она повернулась в воздухе, стараясь найти его источник.

Фарр взял ее за руку и указал. - Там. Это Мур, вон за тем куском сетки, - видишь? И, похоже, с ним Диа.

Диа на последнем сроке беременности... Дюра потянула брата за руку и быстро поплыла, махая в воздухе.

Мур и Диа висели в воздухе одни, голые и без инструментов. Мур держал жену за плечи и баюкал ее голову. Диа лежала, вытянувшись, ее ноги мягко раздвинулись, руки сомкнулись у основания ее вздувшегося живота.

Молодое лицо Мура было жестким, холодным и решительным; его глаза были темными провалами, когда он смотрел на Дюру и Фарра. - Пришло ее время. Оно пришло рано, но сбой... Тебе придется мне помочь.

- Хорошо. - Дюра осторожно, но твердо отвела руки Диа от ее живота и быстро провела пальцами по неровной выпуклости. Она чувствовала, как конечности ребенка слабо упираются в стенки, которые все еще удерживали его. Головка была низко опущена, глубоко в области таза. - Думаю, головка втянута, - сказала она. Юное худощавое лицо Диа, искаженное болью, было приковано к ней; Дюра попыталась улыбнуться ей. - Все в порядке. Еще немного...

Диа прошипела, ее лицо исказилось от боли: - Продолжай в том же духе, черт бы тебя

побрал.

- Да.

Дюра в отчаянии огляделась; воздух вокруг них был по-прежнему пуст, ближайшие человеческие существа находились на расстоянии десятков световых лет. Они были сами по себе.

Она на мгновение закрыла глаза, пытаясь устоять перед искушением поискать Лога в воздухе. Она заглянула глубоко внутрь себя, собираясь с силами.