Раук была стройной и одета в простой халат из грязной кожи, хотя ее руки были обнажены. После ухода Френка она несколько мгновений мрачно смотрела на Дюру, не произнося ни слова. Затем развязала вуаль и подняла ее. У нее было худое и усталое лицо, темные круги под глазами; на вид она была примерно ровесницей Дюры. - Итак, ты - из восходящего потока, - сказала она, и в ее голосе послышалось унылое нытье уроженки города.

- Да.

- Мы слышали, что ты приедешь. Мы были рады. Знаешь почему?

Дюра безразлично пожала плечами.

- Потому что вы, из восходящего потока, сильны... Вы будете усердно работать, поможете нам выполнить наши нормы. - Она фыркнула. - Пока вы не показываетесь нам на глаза, вы будете достаточно популярны.

- Понимаю. - Она поняла, что эта женщина пыталась предупредить ее. - Спасибо, Раук.

Раук повела ее под золотыми потолочными полями обратно к скоплению строений в центре фермы, где Дюру высадили при первом прибытии. Машины Коса Френка нигде не было видно; Дюра представила, как он возвращается в свой уютный, душный дом в черте города. Сейчас, в середине смены, маленькие хижины казались заброшенными: это были небольшие прямоугольные строения из дерева, подвешенные на веревках к обрезанным стволам хвойных деревьев. Там было небольшое неухоженное стадо свиней. Раук сказала, что стадо содержалось не в коммерческих целях, а для того, чтобы обеспечить мясом кули, кожей для халатов и шляп. Раук показала ей небольшие запасы одежды, надувных мешков и инструментов. Там была пекарня, внутренние стены которой почернели от жары; здесь для кули готовили хлеб, являющийся основным продуктом питания. Крупный мужчина с избыточным весом трудился в полумраке пекарни; он хмуро посмотрел на Дюру и Раук, когда они заглянули к нему. Раук скривилась. - Что ж, хлеб свежий, - сказала она. - Но это все, что можно сказать по этому поводу... Сюда попадает пшеница самого низкого качества, а также любые крупинки, которые мы можем найти, в то время как лучшие сорта отправляются в Парц.

Там было здание общежития, маленькая, тесная коробка, набитая рядами коконов. Примерно половина коконов была занята. Сонное женское лицо поднялось, чтобы посмотреть на них, прежде чем снова погрузиться в сон, рот открыт, волосы свисают. Раук указала на свободный кокон, который Дюра могла бы занять для себя. Но Дюра не могла представить, что будет спать здесь, вдыхая храп и пуканье других, в то время как свежий воздух мантии уносил все вокруг нее. Это заставило ее резко осознать, что здесь она будет так же не на месте, как и в самом Парце. В конце концов, большинство кули родились в городе - и в основном в его нижней части, где условия были еще более стесненными, чем в среднем. Итак, не работающие в смену кули забивались в эту вонючую коробку, прислушиваясь к дыханию друг друга и притворяясь, что они не застряли здесь, в мантии, а спрятались в уютных пределах Парца.

Раук улыбнулась ей. - Думаю, мы поладим, Дюра. Ты можешь рассказать мне о своих людях. И я покажу тебе, как здесь обстоят дела.

- С Френком, кажется, все в порядке...

Раук выглядела удивленной. - О, он достаточно порядочный. Но это не имеет значения. Не изо дня в день, не так. Я познакомлю тебя с руководителем нашего отдела, Ли. От нее многое зависит... Но не так сильно, как ей нравится думать. Теперь Робис, управляющий магазинами, - вот у него настоящая власть. Заставь его улыбнуться тебе, и мир станет светлее.

Дюра заколебалась. - Френк говорит, что я, возможно, в конце концов стану надзирателем.

- Он говорит это всем, - пренебрежительно сказала Раук. - Давай, давай найдем Ли; она, наверное, где-то в полях... - Но она колебалась, испытующе глядя на Дюру. Затем, оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что за ними никто не наблюдает, она порылась в глубоком кармане своего халата и вытащила маленький предмет. - Вот, - сказала она, вкладывая предмет в руку Дюры. - Это сохранит твое здоровье.

Это было крошечное колесико с пятью спицами, похожее на то, что она видела на шее Тобы Микксакса... модель устройства для казни на рынке. - Спасибо, - медленно произнесла Дюра. - Думаю, я понимаю, что это значит.

- Правда? - теперь взгляд Раук стал настороженным.

Дюра поспешила успокоить ее. - Не волнуйся. Я не предам тебя.

- Колесо запрещено в Парц-Сити, - сказала Раук. - Теоретически оно запрещено везде, по всей мантии... везде, куда могут дотянуться арбалеты охранников. Но мы здесь далеко от Парца. На потолочных фермах колесо допускается. Что-то, что сделает нас счастливыми... Этот старый дурак Френк говорит, что для нас экономически выгодно, чтобы нам разрешили исповедовать нашу веру.

Дюра улыбнулась. - Это похоже на Френка.

- ...Но никогда не знаешь наверняка. А ваши люди следуют Колесу?

- Нет. - Она изучала Раук. Та не казалась очень сильной или бунтаркой; но, очевидно, это дело с колесом давало ей утешение. - Я видела колесо, используемое в качестве орудия казни.

- Да.