Я громко вздохнула, но не настолько громко, чтобы заглушить грохот, безошибочно доносившийся из двигателя по мере того, как машина начала замедляться, хотя моя нога все еще крепко давила на педаль газа. Дерьмо.

В этот момент у меня не оставалось выбора, кроме как съехать как можно дальше на размокшую обочину. Она была недостаточно широкой, чтобы вместить автомобиль целиком, но сунься я еще дальше, и мы с «Camry» покатились бы кубарем вниз с горы.

Я вылезла из машины, захлопнув дверь чуть сильнее, чем требовалось, и направилась к капоту. Кое-что я все же смыслила в машинах, например, умела проверять уровень масла и поменять колесо, но понятия не имела, с чего начать разбор полетов с этим черным дымом.

— Может, это знак, — пробормотала я в пустоту. Если меня и сопровождали какие-либо призраки, то они пока не заявляли о себе, но это было лишь вопросом времени по мере приближения к Свитуотер-Пик. — Может, мне просто запрыгнуть в машину, поставить рычаг на нейтралку и скатиться обратно с горы?

Где-то рядом грянул гром, и я ощутила его раскат в груди так, будто стояла вплотную к динамикам на концерте.

Я глубоко вздохнула, прежде чем поднять капот, и меня мгновенно окутало дымом. Едкая пелена обступила меня, и легкие обожгло. Я закашлялась, отступая назад и пытаясь разогнать дым руками.

Я вырвалась из дымовой завесы только отойдя на футов десять3 вперед от машины, и даже после этого потратила постыдно много времени, сгорбившись, уперевшись руками в колени и сотрясаясь от кашля.

— Сплошная… — кхк — …полоса… — кхк — …невезения… — кхк — …хоть ты тресни.4

Я вытащила телефон из заднего кармана и взглянула на правый верхний угол. Нет сети. Конечно же. В самом Свитуотер-Пик была крошечная зона покрытия сотовой связи, но далеко за его пределы она не распространялась. Последний час пути пролегал через мертвую зону.

На экране красовалась цепочка сообщений от Кларк, последнее из которых пришло полтора часа назад.

Ларс: Помнишь, ты говорила, что будешь здесь до полудня?

Ларс: Странно, что уже почти пять, а тебя все нет.

Ларс: Ты еще даже не приехала, а уже заставляешь меня поседеть раньше времени.

Ларс: Серьезно, Коллинз. Где ты?

Что ж, не было смысла пытаться отвечать ей на сообщения, пока я не окажусь в пределах городской черты. Мне бы позвонить ей в дороге и рассказать, где я нахожусь, чтобы она знала: если что-то неминуемо сломается, и я не появлюсь дома вовремя, меня нужно спасать.

Кларк вечно меня спасала.

Что-то холодное и мокрое упало мне на нос, затем на руку, а после и на макушку. Снова громыхнул гром, и, словно только этого и ждал, хлынул ливень.

Я не бросилась прятаться в машину сразу. Вместо этого я стояла у разинутого капота и позволяла дождю промочить меня насквозь.

Я уже смирилась с мыслью ночевать в автомобиле, как только из мотора повалил дым, так что спешить было некуда. Завтра утром обязательно кому-то по какой-то причине придется ехать вниз из Свитуотер-Пик. Дорога была всего одна в обе стороны. Они заметят меня, и тогда я продолжу путь домой. Это всего лишь небольшая заминка.

Я убрала на место подпорку капота и захлопнула его. Убедившись, что ручник вытянут до упора, я забралась на заднее сиденье, на всякий случай сжав в руке перцовый баллончик, извлеченный из центральной консоли.

Хотите верьте, хотите нет, но именно так я и предпочитала возвращаться домой. Я любила солнечные дни не меньше других, но когда приезжала в Свитуотер-Пик, мне всегда казалось, что делать это нужно под каким-нибудь прикрытием, и такая гроза подходила идеально. Я надеялась, что она продолжится и завтра: тогда улицы будут пусты, когда я въеду в город или когда стану вытаскивать чемоданы из багажника и волочить их туда, где Кларк устроила меня на ночлег.

Наверное, было бы проще остановиться у нее или у родителей, особенно учитывая, что все они думали, будто я возвращаюсь помочь с семейным бизнесом. Родителям принадлежали «Жабьи древности» — единственная антикварная лавка в Свитуотер-Пик. Им также принадлежало здание, в котором размещалась сама лавка и несколько других местных заведений. Ранее в этом году вокруг начал виться какой-то застройщик, пытающийся заставить родителей продать все целиком.

Я не люблю Свитуотер-Пик так сильно, как Кларк, но мысль о том, что источник средств к существованию моей семьи сравняют с землей и застроят бензоколонкой или парковкой, нравится мне еще меньше.

А еще я… ну, просто капец как на мели. У меня не было заказов на съемку уже больше года, с момента того самого инцидента. Я перебивалась накоплениями и твердой верой в то, что все образуется. К сожалению, не образовалось.

Так что вот я здесь, с тремястами сорока долларами в кармане, развалюхой-тачкой и пачкой вяленого мяса бегу домой к мамочке и папочке. Только они не знают, что я бегу. Они думают, что я самоотверженно спешу на помощь, что у меня выдался отпуск и я хочу провести его в Свитуотер-Пик.

И я позволю им в это верить. На самом деле я сделаю все возможное, чтобы они в это поверили.