Такеши издал глубокий стон, его длинные чёрные ресницы затрепетали. Он медленно поднял голову, взглянув на Халани, и вздрогнул, обнаружив, что она бодрствует.

— Кейнс! — Такеши выскочил из кресла, словно его ударило током. Он подскочил и сел на кровать, стараясь не пошевелить её, пока сжимал её крошечную руку в обеих своих.

— Ты в порядке? — Он едва дышал, говоря быстро, пока осматривал каждый дюйм её тела. — Мне нужно позвать доктора обратно?

— Я чувствую себя хорошо. Лучше, чем хорошо, — честно ответила она и нахмурилась. — Но... как это возможно?

— Я принёс тебя в медицинский центр в Генезисе, — ответил он, и горечь в его глазах была ощутимой, словно тот момент отнял десятилетия у его жизни. — Раненые выстраивались в очередь у дверей, но я проследил за тем, чтобы врачи занялись тобой первой. Ну... угрожал — более подходящий термин. — Его тон был жестоко честным. — Здесь есть лекарства, которые могут заживлять раны со стремительной скоростью, прямо как в Гермесе. Но ты была практически на грани, с огромной потерей крови. Прошло семь дней с тех пор, как они спасли тебя. Доктор сказал, что тебе всё ещё будет больно ещё около недели, но он пообещал, что ты полностью поправишься. — Глаза Такеши потемнели, словно всё, что меньше этого, было неприемлемо.

— Семь дней, — повторила она, шокированная тем, что прошло так много времени. — А Алан?

Хватка Такеши сжалась, и температура в комнате подскочила. Но когда Халани осторожно положила свою вторую руку поверх его руки, скользя пальцами по его огрубевшей коже, Такеши сделал резкий вдох, успокаиваясь.

— Его больше нет.

— Нет?

— Ты сделала это, Халани.

Она замерла, боясь произнести ещё хоть слово.

Но Такеши увидел беспросветный страх на её лице и наклонился ближе, давая ей увидеть правду, погребённую в его глазах.

— Когда ты нажала на кнопку, ты активировала проект «Хеликс». Код Алана был удалён. Но это был не только он. Все его прямые клоны в подземных городах погибли. И каждый человек, которого он контролировал с помощью чипов, снова стал собой. Любой его след исчез.

Она покачала головой, слишком испуганная, чтобы принять его слова. Боясь, что в любой момент землю выбьют у неё из-под ног. Но даже в собственном разуме она больше не ощущала холодного присутствия Губернатора. Мерзкое чувство, будто он наблюдает за ней, испарилось.

В собственной коже Халани наконец почувствовала себя свободной.

— Он правда умер? — спросила она более высоким голосом.

— Да.

— А как же Пенни и остальные из Пустынного Источника? Они в порядке? — Она осмелилась позволить себе помолиться о том, чтобы они не погибли вместе с Аланом.

— Дерек взял машину, чтобы проверить их. Он только вчера вернулся. — Его губы изогнулись в нежной улыбке. — Они живы и в безопасности.

Дыхание, которое она задерживала, вырвалось наружу. Халани так привыкла к кошмарам, что не знала, как жить в этом сне.

— А ты? — Она встретилась с его горящим взглядом, боясь задать вопрос, который терзал её разум. — Ты... помнишь?

Тело Такеши настолько замерло, что его мышцы сжались от напряжения. Она приготовилась, изо всех сил пытаясь не дать своим надеждам уничтожить её.

Но затем он заговорил.

— Я помню всё.

Глаза Халани расширились, уверенная, что ослышалась.

— Скажи это... снова, — с запнувшимся дыханием выдавила она, ссутулив плечи и чувствуя себя такой крошечной на кровати по сравнению с его мощной фигурой. Однако смертоносные руки Такеши были невероятно нежными, когда он провел ими вниз по её рукам, словно ему нужно было убедить самого себя, что они вместе.

— Мне столько нужно тебе рассказать, Халани. То, что я никогда не думал, что мне выпадет шанс сказать. Но я знаю, что не имею права говорить ничего из этого, не сказав тебе, как глубоко мне жаль и как мне стыдно. — Его голос сорвался. — Если бы я не знал, как сильно это повлияет на тебя, я бы пустил себе пулю в лоб за то, что причинил тебе боль. За то, что подвел тебя.

Такеши замолчал и отвернулся, суровые морщины на его красивом лице отчетливо выделялись. Халани заметила дрожь в его руках, его пальцы дергались, находясь на грани потери контроля.

— Эй, эй. — Она села, схватив его за руку и снова привлекая его внимание к себе. — Не смей этого говорить. Это я тебя подвела.

Её подбородок задрожал, воспоминание о той ужасной ночи выпотрошило её сильнее, чем нож Губернатора.

— Ты спас меня от доктора Штрауса... но я не смогла спасти тебя. Я пыталась вернуться за тобой, Такеши, — прошептала она. — Я планировала вернуться в лагерь и найти тебя. Но тебя уже не было.

— Это была не твоя вина, Халани. Я рад, что ты не вернулась, — жестко сказал он. — Если бы с тобой случилось что-то еще, я бы устроил бойню и разрушил весь город.

Привязанность Такеши ощущалась физически. Смертоносные способы, которыми он защищал её, были частью его самого. И его нежное, заботливое сердце заставляло её хотеть защищать его так же жестоко.

Они действительно были родственными душами в этом мире.