— Сначала я хотела убрать поцелуи как наказание за твои угрозы моей семье, — признаюсь я мягко, проводя по краю ткани, позволяя пальцам касаться его ключицы. — Затем я поняла, насколько интимным был сам сексуальный акт, и как поцелуи усилили бы все, особенно в мой первый раз. И я подумала... я подумала, что мне нужно защитить от тебя хотя бы что-то в себе.

Защитить свое сердце, — не говорю я, хотя сейчас это уже не имеет значения. Этот корабль давно уплыл.

Руки Максимо перемещаются на мою талию, и он мягко отодвигает меня от своей груди. Когда я встречаюсь с ним взглядом, он хмурится на меня с выражением, которое я не могу прочитать.

— Ты думаешь, что, отказывая мне в поцелуях, защитишь от меня свое сердце? — Его губы изгибаются в улыбке, которая предполагает, что он находит саму эту идею забавной, и мое сердце предательски пропускает удар. Одна большая рука скользит вверх по моему телу, обхватывая мой затылок, его большой палец поглаживает мою щеку в жесте, который кажется почти бессознательным. — Ты ошибаешься, жена. Твое тело полностью принадлежит мне — трогать, владеть, контролировать и использовать, как я пожелаю. Ты думаешь, что твое сердце исключение? Это довольно самонадеянно.

Пока он говорит, его большой палец продолжает свой гипнотический путь по моей щеке, а его слова окутывают меня, словно шёлк. Голова начинает идти кругом, пока сердце бешено колотится в груди. Потому что он прав, чёрт бы его побрал.

Мой взгляд падает на его губы, и его пальцы сжимаются на моем затылке, большой палец замирает.

Затем резкий звонок прорезает напряжение, заставляя меня подпрыгнуть на его коленях. Максимо ругается, и его рука падает с моей щеки, когда он поворачивает кресло к столу, где его телефон требует внимания. Он держит одну руку крепко на моей талии, чтобы удержать меня, затем наклоняется, чтобы взять устройство со стола, но не раньше, чем бросает на меня сардоническую усмешку.

— Если только ты не собираешься поцеловать меня, Элира, убирайся.

Мое сердце уходит в пятки, и я отпускаю его рубашку, сползая с его колен. Я обхватываю себя руками, выходя из его кабинета, потрясенная тем, что он сказал ранее. Было ли лишение его поцелуев действительно таким бесполезным занятием?

Даже не целуя его, я уже потеряла частицу своего сердца из-за него.

И я не уверена, что когда-нибудь верну ее. Я больше не могу представить свою жизнь без него.

Глава 31

МАКСИМО

Три дня спустя...

— Когда девочек отправят обратно в Японию? — рассеянно спрашивает Рафаэль, печатая что-то на телефоне.

Я на секунду бросаю взгляд на свой собственный экран, где светится сообщение от Марко: Элира направляется в ваш офис. Отлично. Я едва сдерживаю улыбку, отвечая Рафаэлю:

— Самолет Юто приземляется завтра вечером. — Слова едва слетают с губ, когда дверь распахивается.

И вот она — моя жена, стоит в дверях, скрестив руки, и в ее красивых ореховых глазах назревает буря.

— Ты избегаешь меня, — объявляет она достаточно громко, чтобы привлечь взгляд каждого на видеоконференции к моему лицу.

Я не могу сдержать усмешку, играющую на моих губах, когда маню ее к себе. Она прищуривается на меня и топает, лицо сморщено в очаровательной гримасе, от которой ее нос морщится. Господи, это не должно быть так мило.

Я отодвигаю кресло, молча приглашая ее, и, как и три дня назад, она легко скользит ко мне на колени. Но на этот раз я разворачиваю ее, усаживая спиной к моей груди, чтобы она могла видеть экран. Удивленный вздох, когда она замечает моих братьев, заставляет все ее тело напрячься в моих руках.

— Ах, bella, приятно видеть твое красивое лицо среди этих уродливых рож, — Ромеро подается вперед, его зеленые глаза озорно сверкают. Элира смеется, и часть ее напряжения уходит.

— Привет, Ромеро. — Она улыбается ему, затем кивает Майклу и Рафаэлю.

Взгляд последнего — кинжал, направленный прямо на меня, на что я отвечаю своим, бросая ему вызов что-то сказать.

— Думаю, мы все обсудили. Я сообщу вам, если найду новые зацепки. До свидания. — Я выхожу из встречи, прежде чем кто-то успевает возразить.

Элира закусывает губу, нервно глядя на меня.

— Я не хотела прерывать. Тебе следовало сказать мне уйти, если ты занят.

Я слабо улыбаюсь:

— Все в порядке. Встреча уже подходила к концу, до того, как ты вошла. — Я разворачиваю ее на своих коленях, так что она сидит на мне верхом, ее ноги свисают по обе стороны от меня. — Теперь, в чем дело, dolcezza?

— Ты избегаешь меня... из-за того, что случилось на днях? — Она опускает глаза на мою шею и начинает рисовать ленивые узоры на моей груди пальцем. Черт. Ее это беспокоит.

— Нет, конечно нет. Я просто был очень занят, — твердо говорю я, хотя это лишь наполовину правда. Да, я был занят, но я также намеренно держался на расстоянии. Чем больше мы взаимодействуем, тем больше я хочу переступить ее границы и отчаянно поцеловать ее, пока она не забудет, почему вообще не хотела этого.