Ее колебание заставляет меня поднять взгляд.

— Что?

— Я хотела бы поехать в тир.

Я замираю, мои пальцы останавливаются на полуслове. Сладкая, солнечная Элира хочет куда? В тир?

— Это просто одна из вещей, которые я всегда хотела сделать. Роан пытался научить меня дома несколько раз — стрелять и многому другому, что меня интересовало, — но нам приходилось прятаться, чтобы Atë не узнал, и прошло много лет с тех пор, как я действительно стреляла из оружия, — выпаливает она на одном дыхании.

Теперь все имеет смысл. Я помню, как смотрел запись ночи, когда ее отец и брат предприняли свою глупую попытку спасения, и как она без колебаний подняла пистолет с пола. Это не было случайностью.

Я медленно подхожу к ней и притягиваю к себе.

— Ты пытаешься отточить навыки стрельбы как предупреждение для меня? — дразню я, просовывая руку под ее топ, наслаждаясь тем, как у нее перехватывает дыхание.

— Н-нет. Конечно нет, — задыхается она, голова откидывается назад, когда я сжимаю ее грудь через кружевной бюстгальтер. Я целую ее в горло, затем резко отступаю, оставляя ее раскрасневшейся и с широко раскрытыми глазами.

— Хорошо. Поехали. Но мы едем в мой тир, где тренируются мои люди. Он частный, так что у нас будет более чем достаточно уединения, — говорю я ей, и она дарит мне такую широкую улыбку, что у меня теплеет на сердце.

Дорога до небольшого закрытого парка, которым я владею, короткая, но Элира проводит ее, подпрыгивая на сиденье, как гиперактивный ребенок в рождественское утро. Я никогда не видел ее такой взволнованной. Черт возьми, мне следовало сделать это раньше. Ошибка, которую я исправлю. Я делаю мысленную заметку стараться проводить с ней время вне дома по крайней мере два раза в неделю.

Высокие ворота распахиваются, когда наша машина приближается, и Элира практически прижимается лицом к окну. Я смеюсь, но это даже не задевает ее. Ее восторг настолько искренен, что к тому времени, как мы въезжаем на обширную бетонную парковку за квадратным главным зданием, я уже думаю о том, что еще могу ей показать в следующий раз.

Внутри мужчина за стойкой регистрации вскакивает при виде меня.

— Мистер Леоннотти, я...

Я машу ему, чтобы он остановился:

— Все в порядке, я знаю здесь все. — Поворачиваясь к Марко и остальным, кто приехал с нами, я киваю в сторону зоны ожидания. — Вы можете подождать здесь.

Элира вибрирует от возбуждения, пока я веду ее в комнату снаряжения. Когда она входит, ее вздох восторга — это все.

— Она выглядит так же, как оружейная в твоей комнате безопасности, — говорит она, широко раскрыв глаза, осматривая арсенал, — только... больше. И с гораздо большим количеством оружия.

Я усмехаюсь, снимая пару наушников и протягивая их ей. Она берет их с хмурым видом.

— А ты?

— Я в порядке, — отвечаю я, поднимая перчатки, которыми никто из моих людей не пользуется, и протягивая их.

Она смотрит на них с подозрением.

— Серьезно?

— Ты наденешь все снаряжение, или мы никуда не пойдем.

Она хмурится, но натягивает их с преувеличенным раздражением. Следом идут очки, и на этот раз она не спорит. Я отступаю, быстро оглядывая ее. Удовлетворенный, я жестом указываю на стену.

— Хорошо, из чего ты умеешь стрелять?

— Почти из всех, — отвечает она без колебаний.

Я смотрю, заинтригованный, как она просматривает варианты, прежде чем остановиться на 9 мм. Умный, надежный выбор. Но как раз когда я одобрительно киваю, она возвращает его и — о, нет — берет одну из штурмовых винтовок.

АК-47.

Я смотрю на нее с открытым ртом:

— Дорогая, не думаю, что ты справишься с этим. Твой первый выбор был идеальным.

Она бросает на меня взгляд, способный расплавить сталь.

— Я справляюсь с тобой, разве нет?

Черт, я даже не могу поспорить с этой логикой.

— Ладно, — ворчу я, хватая 9 мм, который она отбросила, на всякий случай. Если она твердо намерена попробовать, кто я такой, чтобы останавливать ее? Но я держу запасной вариант поблизости.

Когда мы выходим на улицу, удивленный вздох разрезает открытый воздух, восторг в ее выражении невозможно не заметить, когда ее глаза пробегают по открытому тиру с разбросанными мишенями, расположенными в случайном порядке на разном расстоянии.

— Готова? — спрашиваю я, мое собственное волнение растет, пока я смотрю на нее.

Ее улыбка — искренняя и счастливая.

— Я родилась готовой.

Я ошеломлен, когда она идет вперед, держа винтовку у плеча, как опытный наемник, ее бедра соблазнительно покачиваются. Я проглатываю стон, поправляя твердеющий член в брюках, и следую за ней.

Она грациозно опускается на колени, затем ложится на живот, прищурившись в прицел, выбирает низкую цель и наводит винтовку. Мои губы изгибаются в улыбке, пока я наблюдаю за каждым ее движением.