Мы не близки. И никогда не были близки по-настоящему. Но семья занимает важное место в моем сердце. И, в конце концов, она все еще моя сестра. Я много лет посылал ей деньги, но перестал, когда понял, что она просто тратит их на то, чтобы медленно себя убивать. Я пытался помочь ей и отправить в реабилитационный центр, но она не продержалась там и нескольких дней.

Мне потребовалось время, чтобы понять: нельзя заставить человека обратиться за помощью, если он сам этого не хочет.

Я оборачиваюсь на крик младенца. Входит моя сестра с ребенком на руках. Она выглядит изможденной.

Я смотрю на нее: на спутанные черные волосы, следы от уколов на руках. Ей всего двадцать, но наркотики состарили ее. У меня сердце разрывается, когда я на нее смотрю.

- Куин! - кричит она, перекрикивая плач ребенка. - Я скучала по тебе.

Я оглядываюсь по сторонам. Все взгляды прикованы к нам. Я подхожу к ней и веду в кабинет. - Пойдем, Лила. Давай поговорим в кабинете.

Она кивает и следует за мной. Меня охватывает ужас, когда я вхожу в кабинет Линка и открываю перед ней дверь. Она оглядывает комнату, и я понимаю, что она приценивается, смотрит, есть ли здесь что-то, что можно продать. Но она ничего не успеет взять, прежде чем Линк всадит ей пулю в голову. И неважно, что она моя родственница.

- Что ты здесь делаешь, Лила? - Мне приходится повысить голос, чтобы меня было слышно из-за малыша у нее на руках. Я присаживаюсь на край стола, не сводя глаз с ребенка. У меня разрывается сердце. Как она может держать ребенка рядом с людьми, с которыми общается?

- Что, я не могу навестить своего старшего брата? Привести к нему племянника? - Она фальшиво улыбается мне, покачивая ребенка. Кажется, ей с трудом удается его держать. - Теперь ты дядя, Кью.

- Хватит нести чушь, - вздыхаю я. - Мы оба знаем, что ты здесь не для того, чтобы по-дружески навестить меня. Так что говори, в чем дело, пока мой босс не вернулся и мы все не влипли. - Я не знаю, как она узнала, где я.

- Ладно. - Она меняется в лице, и вот она настоящая. Та, что показывает свое истинное лицо. - Мне нужны деньги.

Конечно, нужны.

Рэйвен

У меня в голове каша. Если мне еще хоть минуту придется пялиться на эти цифры, я себе волосы вырву.

- Дурацкая математика. Дурацкая школа, - бормочу я, сверля взглядом учебник.

Какой-то звук заставляет меня замолчать. Я хмурюсь, прислушиваясь. Крик. Нет, плач. Детский плач.

Блять, неужели я так долго училась, что уже схожу с ума? Но чем дольше я прислушиваюсь, тем больше слышу.

Я откладываю ручку и сползаю с кровати. Что, черт возьми, происходит? Ни у кого из банды нет детей или беременных жен. Так почему же я слышу детский плач?

Натягиваю ботинки и иду в основную часть склада.

С каждым шагом плач становится громче, и я понимаю, что мне не кажется.

Открыв дверь на лестничную клетку, я слышу его почти отчетливо. Оглядываюсь и вижу Хантера у барной стойки.

- Что происходит? Откуда эти крики?

- Это, наверное, та малышка, которую привезла с собой сестра Кью. Полагаю, это ее ребенок.

Сестра Куинтона? Он почти не рассказывал о своей семье. Я знаю, что его родители умерли, а с сестрой он не близок, но я никогда не лезла не в свое дело, потому что она не играет важной роли в его жизни.

- Где они?

- В кабинете Линка. Что ты собираешься делать? - спрашивает Хантер.

- Пойду посмотрю, какого хрена этот бедный ребенок так надрывается. Такое ощущение, что он, блин, умирает.

Я пытаюсь взять себя в руки. Правда пытаюсь. Но от мысли, что здесь ребенок, которому явно больно, внутри меня что-то обрывается. Я делаю глубокий вдох и пытаюсь собраться с духом, направляясь в кабинет Линка.

- Мне нужны деньги. - Девушка в кабинете кричит, перекрывая истерический плач ребенка.

- Куинтон, что происходит? - спрашиваю я, закрывая за собой дверь.

Девушка оборачивается и смотрит на меня. Она укачивает ребенка, пытаясь его успокоить, но женщина выглядит настолько обезумевшей, что вот-вот уронит его.

- Что за черт? - рявкаю я, подбегаю к ней и хватаю ребенка, который вот-вот выскользнет из ее рук.

Он кричит еще громче, и слезы застилают мне глаза. - Ш-ш-ш. - Я прижимаю его к груди. - Ш-ш, все хорошо. - Его личико стало красным, как помидор, и мокрым от слез. - Что с тобой не так?! - Я поднимаю на нее глаза.

- Послушай. Мне просто нужно немного наличных, ладно? А потом я заберу его, и мы больше не будем вам мешать, - легкомысленно отвечает она, протягивая руку к ребенку, но я вырываю его у нее из рук.

- Ты никуда его не заберёшь, - рычу я. - Когда он ел в последний раз?

- Вот поэтому я здесь! - кричит она на меня. Ну и наглость у этой девчонки — ещё и хамить мне. - Я родила его всего несколько дней назад и с трудом могу заставить его взять грудь. Мне нужны деньги на смесь.

У меня чуть глаза не вылезли из орбит. - Ему всего несколько дней! Ты, блядь, издеваешься надо мной? И с тех пор он ничего не ел? - Я качаю головой.

- Я пыталась! - кричит она.