- Чертовски верно. - Я усмехаюсь. - Кто, черт возьми, захочет признать, что они от такого жалкого старикашки? Ты думаешь, что ты крутой и плохой, потому что кайфуешь, причиняя людям боль, беря в оборот бедных невинных женщин и торгуя ими, как гребаными бейсбольными карточками, - рычу я ему в лицо. - Ты просто неудачник. Никто. Сегодня ты умрешь, и никто даже не вспомнит твоего имени. Мы оказываем миру услугу, потому что ты никому не нравишься. Никто тебя не уважает. Может, тебя и боятся, потому что ты псих со спусковым крючком вместо пальца, но я уверен, что все смеются у тебя за спиной над тем, какой ты жалкий. Сегодня ты покинешь этот мир, и это будет единственное хорошее, что вышло из твоего существования.

- Иди нахуй! - выплевывает Альверо, и я смеюсь над тем, как он взбешен. Ему не нравится, когда мы его унижаем и ставим в неловкое положение. Его больше заботит собственное эго и тот факт, что он умирает.

- Ты жалкий завистливый старик, - глубоко вздыхает Линк, крутя в руках нож. - Каково тебе знать, что у нас есть сила, ради которой ты так упорно трудился, но которую так и не получил?

- У меня есть сила, - рычит он, кровь стекает по его губам. - У меня есть люди. Люди, которые, черт возьми, убьют вас всех, когда узнают, что вы натворили.

Линк заливается смехом, а я широко улыбаюсь, наслаждаясь тем, как взбешен Альверо. - О, как же ты, блять, ошибаешься. Твои люди, как ты их называешь, переметнутся к следующему беспринципному мошеннику, который готов платить им за услуги. Твоими людьми движет не преданность, а деньги. А людей с деньгами много.

- Между тобой и Black Venom Crew много различий. Ты действуешь, опираясь на страх, непредсказуемость и деньги. И да, наши люди побаиваются Линка, потому что, будем честны, кое-что из того, что ты передал по наследству — это, помимо прочего, жажда крови. Но они также уважают его, потому что мы заботимся о своих людях. Они — наша семья. Если ты тронешь одного из нас, ты тронешь всех нас. А ты можешь сказать то же самое? Ты бы пошел на войну ради одного из своих людей?

- Нет, - усмехается он. - Они одноразовые.

Я цокаю языком: - И в этом твоя самая большая проблема. С чего ты взял, что кто-то будет за тебя сражаться, если ты в мгновение ока бросишь их умирать в канаве?

- За тобой никто не придет. - На лице Линка появляется жуткая ухмылка. - Никому нет до тебя дела. Ты умрешь в одиночестве, в муках, зная, что все, что ты сделал, было напрасно. Тебе лучше было держаться от нас подальше, старик. - Линк вытаскивает нож из него и тут же вонзает его обратно. - Ты связался не с теми людьми. Ты причинил боль мне, Хантеру, Трэвису, Тейлору... черт, да мне плевать, если ты причинил боль всей этой чертовой банде, но в тот момент, когда ты только взглянул на мою девочку, ты подписал себе смертный приговор. Когда ты поднял руку на мою мать, ты попал в поле моего зрения. Когда ты поднял руку на Хантера, ты заслужил смерть, но это? Причинить боль моей Пташке? Это значительно приближает дату твоей смерти.

- Может, я сегодня и умру, но, по крайней мере, я забрал с собой твоего ребенка, - смеется Альверо. - Для меня было музыкой для ушей каждый раз, когда она кричала: «Только не ребенка!» после того, как я пинал ее в живот. Каждый раз, когда я сбивал ее с ног.

Во мне нарастает убийственная ярость, какой я никогда раньше не испытывал. Мне приходится сдерживаться, чтобы не выхватить пистолет и не выстрелить ему в башку. Но я молчу, сохраняя на лице маниакальную улыбку, чтобы он думал, что ему до меня не добраться. Линк смотрит на меня, и я вижу, что он тоже сдерживается. Всего на мгновение. - Хантер, что ты делаешь со скользкой рыбой?

Прежде чем ответить, я перевожу взгляд на Альверо. - Потрошу.

Его глаза расширяются, и он издает пронзительный крик, когда Линк проводит ножом от одного бока его живота к другому. Я встаю и смотрю, как кровь хлещет из его брюшной полости. Он кричит и кричит, и от этого звука у меня поет душа. Какой же это прекрасный звук.

Никто не трогает Рэйвен, никто даже не смотрит на нее косо, иначе пожалеет. Если бы мы могли забрать у него что-то еще, мы бы забрали. Но, к сожалению, его не волнует ничего, кроме него самого.

- Не могу дождаться, когда мы разберёмся со всем, что ты натворил, - начинает Линк. - Сделка по торговле людьми, которую ты провернул с отцом Рэйвен? Да, мы покончим с этим вместе с ним.

- Что? Нечего сказать? - кричу я, перекрывая его жалобные вопли.

- Не думаю, что мы от него чего-то добьёмся. По крайней мере, ничего, что можно было бы выразить словами. Давай заставим его истекать кровью, заставим его кричать еще немного. Потом приберемся и вернемся к нашей девочке.

- Полностью согласен.

В течение следующих нескольких минут мы с Линком по очереди оставляем свой след на этом куске дерьма, а наша банда подбадривает нас, выкрикивая ругательства.

Я несколько раз хорошенько приложился к нему битой, а Линк отрубил ему пальцы. Хорошо, что наши ребята прижгли его огнестрельные раны, чтобы он не истек кровью. Это дало нам немного дополнительного времени.