Он не мог отделаться от ощущения несправедливости происходящего вокруг. Если бы этим двоим повезло родиться в состоятельных семьях, Вестор Вакс стал бы профессором, а Сяоми — ученицей шестого курса. Но болезненный старик обучал костоправов и гадалок для королевы преступного мира, а истощенная девушка училась обманывать зевак и выведывать секреты у мертвых.

Немногочисленные маги, родившиеся среди простонародья, не могли претендовать на эзотерическое обучение, которое стоило дорого и было уготовано исключительно для детей великих семей Империи. Поскольку неосмотрительное использование магии строго пресекалось, те, кого называли «меньшими магами», часто оказывались вынуждены подавлять в себе силы, что могло оказаться очень опасным. Вестор Вакс открыл свою Оккультную Академию, чтобы научить меньших магов направлять свой дар и использовать его себе на пользу... и без риска.

Однако без фамильяра никто из них не мог надеяться обрести силу истинного эзотерика. Привязывание магического компаньона — это ритуал, требующий значительных затрат арканиума, а его раздобыть им и надеяться не стоило. Вестор Вакс со своим змеем был единственным «полноценным» эзотериком, которого Сирус видел с момента своего появления в Сетях: остальные обрекались оставаться меньшими магами, даже если они были столь же талантливы, как Сяоми.

Сирус отогнал эти мрачные мысли, не желая сталкиваться с несправедливостью мира, который только начал ему открываться. Он рефлекторно оглянулся в поисках Квинта, но здоровенный котище уже отыскал узкую галерею за лестницей, ведущей в подвал, и охотился на мышей в компании Эсуса, змея Вестора Вакса.

Молодой маг сосредоточился на чтении главы, посвященной основополагающему заклинанию некромантии: вызову духов мертвых.

Призыв мертвых сопровождался немалым риском: ритуал требовал значительной силы и непоколебимой концентрации, иначе можно было лишиться рассудка. Сирус, будучи прилежным учеником, быстро запомнил сложные формулы и сопутствующие им наставления.

— Ты понял? — спросил Вестор Вакс своим замогильным голосом, склонившись через его плечо.

— Думаю, да, — ответил Сирус. — Это немного напоминает мне манипуляции с Жизненным Потоком...

— Надо же? — фыркнул колдун. — Можешь изложить подробнее?

— Ну, некроманты, похоже, способны открывать раны, распространять болезни и ослаблять чувства, в то время как целители раны залечивают, сдерживают эпидемии и обостряют восприятие. Оба вида магии направлены на человеческое телом. Полагаю... полагаю, некромантия и целительство используют довольно схожие Потоки?

Сяоми, сидевшая в кресле напротив него, оторвалась от чтения и бросила на Сируса восхищенный взгляд:

— Ух ты, мне потребовалось почти три года обучения, чтобы дойти до этого! — поздравила она его.

Сирус усмехнулся, но тут вмешался Вестор Вакс:

— Довольно близко. На самом деле целители и некроманты используют один и тот же Поток, Жизненный Поток, по той простой причине, что целительство — это и есть некромантия. И наоборот.

— Но как? Но... целители манипулируют жизнью, а некроманты — смертью!

Если честно, Сирус всегда несколько пренебрежительно относился к школе целительства. Это была магия чрезвычайно сложная, не отличавшаяся зрелищностью и, как говорили, почти во всех отношениях устаревшая по сравнению с современной медициной. Академия свела ее преподавание к строгому минимуму, отдав предпочтение дисциплинам, куда более полезным для подготовки будущих Государственных эзотериков: иллюзионизму, ментализму и, конечно же, элементализму.

Однако мысль о том, что целители и некроманты могут использовать один и тот же Поток, глубоко шокировала Сируса.

— А что такое смерть, если не грубое прерывание жизни? — прошелестел Вестор Вакс. — Чтобы вызвать смерть, нужно знать жизнь. Некроманты используют точно такую же магию, как и целители, — только у них все наоборот.

— Я в это не верю, — заявил молодой маг. — Вы пытаетесь напичкать меня своими бредовыми теориями, чтобы представить занятия черной магией в лучшем свете!

Глаза Вестора Вакса потемнели.

— Черной магии не существует, мой мальчик. Как и белой, синей, красной, в крапинку или клетчатой магии! Магия есть магия, и точка: все, что меняется, — это манера, в которой ее используют. Классификация на различные школы — это не более чем распространенная фикция, призванная придать больший или меньший престиж определенным эзотерикам. И не говори мне, что ты с этим не согласен: ты слишком умен, чтобы хотя бы не приблизиться к этой идее.

Сирус открыл было рот, чтобы возразить, но в ответ на обвинение Вестора Вакса лишь промолчал.