– Дэвид, послушай меня! – серебряным колокольчиком звенел в его сознании её далёкий, едва слышный голос. – Послушай!

– Лилин… – словно прошептал его разум, пока он плыл в тёмном море беспамятства. – Я вижу тебя… слышу тебя… но ты не реальна…

– Дэвид, я реальна! Мой разум встречается с твоим разумом – уже давно, в твоих снах. Но и тело моё так же реально, как твоё, хотя оно далеко от тебя.

– Настоящая Лилин живёт на Луне, Дэвид. Я одна из последних Хранителей Огня – тех, кто из поколения в поколение охранял запретное Пламя. Я и Тула, моя сестра… мы вдвоём – последние Хранительницы, последние представители лунного народа. Наш долг – не допустить, чтобы кто-либо завладел Пламенем. Поэтому я так долго пыталась отговорить тебя от твоего безрассудного намерения достичь Луны.

– Но теперь возникла опасность, Дэвид, ужасная опасность. Я увидела её своим разумом. Человек по имени Графф, укравший твою ракету, уже мчится к Луне. Он хочет похитить запретное Пламя для своего Хозяина.

Затуманенный разум Мэддена содрогнулся от ужасающей волны тревоги и страха, исходившей от девушки.

– Мы с сестрой обязаны помешать ему похитить Пламя, – продолжала Лилин. – Но моя сестра Тула забыла о своём долге. Она устала от нашей одинокой жизни здесь и мечтает отправиться на Землю. Именно Тула побудила человека по имени Графф прилететь сюда. Она говорила с ним во сне, как я говорила с тобой, и обещала отдать Граффу драгоценное Пламя, если он доставит нас на Землю.

– Если Графф принесёт Пламя на Землю, Дэвид, вас ждет смерть. Смерть более ужасная, чем ты можешь себе представить. Он не должен добраться до Пламени. Боюсь, что в одиночку, с восставшей против меня сестрой, я не смогу его остановить. Ты должен мне помочь – ты должен немедленно отправиться на Луну!

Голос Лилин во сне слабел; её сияющий, туманный силуэт таял, исчезал по мере того, как к Мэддену понемногу возвращалось сознание.

– Лилин! – отчаянно взывал он к ней мысленно. – Лилин, я не могу отправиться следом… Мне не на чем…

– Лети следом!.. – донеслись последние, затихающие слова исчезающего видения. – Ради жизни твоего мира, Дэвид…

Она исчезла – и вместе с ней рассеялось оцепенение беспамятства.

Жгучие волны боли захлестнули разум Дэвида Мэддена, когда сознание окончательно вернулось к нему. Он застонал и почувствовал, что чьи-то руки поддерживают его.

– Дэвид! – раздался встревоженный голос у него над ухом.

Он открыл глаза и обнаружил, что лежит на залитой лунным светом земле. Терон Ли поддерживал его; худое лицо немолодого учёного было искажено отчаянной тревогой.

– Дэвид, что случилось? – вскричал он. – Наша ракета… её нет!

– Её украл Якоб Графф, – хрипло произнёс Мэдден, пытаясь сесть.

По телу прокатывались могучие волны слабости и боли. Дрожащей рукой он ощупал голову. Пуля Граффа расчертила кожу головы длинной рваной полосой. Ли перевязал рану носовым платком, остановив кровь.

– Графф улетел на «Лунном Цветке II»? – ошеломлённо прошептал Терон Ли. – Боже мой… куда…?

– Он отправился на Луну, – с трудом выговорил Мэдден. Его голубые глаза безумно блестели, когда он поднял взгляд и указал вдаль дрожащей рукой. – Там находится какое-то чудовищное оружие, и Графф хочет добыть его для своего Хозяина, диктатора Центральной Империи! Это что-то под названием «Пламя», – хрипло сказал он. – Какое-то таинственное Пламя на Луне. Мне сказала Лилин…

– Лилин? – переспросил Терон Ли, и его худое лицо побледнело от удивления.

Мэдден всё ему рассказал. Рассказал о Лилин, о призрачной девушке с Луны, которая долгие годы являлась ему во снах и неизменно пыталась отговорить его от постройки лунной ракеты. И о том, как этой ночью она предупредила его о грозящей опасности.

Пока Ли слушал, выражение его лица становилось всё более странным. Но он не отнёсся к рассказу скептически – хотя Мэдден почти ожидал именно этого.

– Значит, такое действительно возможно, – пробормотал Терон Ли. – Быть может, некая форма сверхчувственного восприятия и впрямь существует. Эта Лилин… она обладает такой способностью, может проникать в твое подсознание, когда ты спишь или находишься в беспамятстве. Но… девушка на Луне? И она сказала, что у нее есть сестра – последние две представительницы лунного народа? Это кажется невозможным. И все же…

– Я верю ей безоговорочно, – сказал Мэдден.

Он с трудом поднялся на ноги. Его лицо пылало, когда он вцепился в худенькое плечо маленького ученого.

– Ли, она умоляла меня последовать за Граффом! Она сказала: если Графф доставит Пламя на Землю, то в наш мир, и без того раздираемый войной, будет выпущено чёрное зло. Мы должны лететь за Граффом на Луну и остановить его.

Благородное, худощавое лицо Терона Ли побледнело еще сильнее, и тень ужаса, похожая на тень надвигающегося затмения, омрачила его широко распахнутые серые глаза.