– Не беспокойся. Я больше не собираюсь быть паршивой овцой. – Я широко улыбаюсь, наслаждаясь чужой злостью. – Но вот что меня интересует: ты рад, что я вернулась в Кингстон? Скажи честно, твоя жизнь была куда проще, когда я жила в Чикаго, не так ли?

Его губы сжимаются в тонкую линию.

– Это не так. Прекрати нападать.

– Я даже не начинала.

– Тебе нужно перестать злиться на весь мир безо всякой причины.

Я вздрагиваю, как будто мне дали пощечину – такую сильную, что моя загоревшаяся щека ноет от невыносимой боли.

– Вот это да! – Внезапно рядом со мной оказывается блондинка модельной внешности. Она сжимает меня в объятиях и кричит: – Моя любимая сучка вернулась!

Аромат сладких цветочных духов проникает в ноздри, и я хлопаю ее по спине.

Чертовски вовремя.

– Флоренс, ради бога, ты меня задушишь.

Она прищуривается и говорит голосом мамы-медведицы:

– Имею право, Ашборн. В последний раз мы виделись с тобой полтора года назад, в опере на Ковент-Гарден.

– Разве?

– Тебя рвало в мужском туалете. И после того, как я держала твои волосы, ты мне даже не перезвонила.

Я пожимаю плечами, чувствуя, как горечь обволакивает язык.

– Ну, помнишь, я последняя сука Соединенного Королевства, и все такое.

– Ты сдала этот пост четыре года назад.

– И кому же?

– У Флоренс негласная война с Эммой Кларк. – Розоволосая голова появляется в моем поле зрения, и я позволяю еще одним рукам обнять меня. – Привет, Иса. Рада, что ты снова с нами.

Все, что вам нужно знать о Вивьен Кинг, – это то, что она неприлично богата, питает слабость к розовому цвету и увлекается криминалистикой.

Я помню эти карие глаза – на первый взгляд они не такие мертвые, как у ее старшего брата-социопата, но все же оставляют неизгладимое впечатление. Может быть, она даже безумнее, чем Аарон, однако Вив слишком хорошо прячется за маской тщательно выстроенного образа.

– Я должен идти. – Лукас извиняюще улыбается девушкам и, поцеловав меня в макушку, едва слышно шепчет: – Мы еще не закончили.

– Знаешь, это несправедливо, что вы оба такие привлекательные, – ворчит Фло, провожая моего брата взглядом. Это так. Иисус щедро отсыпал мне впечатляющей внешности взамен здравого смысла. – Почему ты нам не написала? Я бы вернулась в Шотландию раньше.

– Но ты отлично провела время в Швейцарии. – Вив скрещивает руки на груди. – Я видела новости. Женатый судья, Фло? Ты серьезно? У него есть дети, и один из них – твой ровесник.

Ее губы бледнеют.

– Я не знала, что он женат.

– Мы тебе верим. – Я переплетаю свои пальцы с пальцами Флоренс, хотя ненавижу, когда меня трогают другие люди, и холодно смотрю на Вивьен. – Да, Кинг?

Она вздыхает и сжимает переносицу.

– Да… Черт, прости. Я просто на взводе.

На самом деле Флоренс – неплохая девушка. Я знаю, что многие считают ее поверхностной, кто-то даже называет шлюхой, но она лишь отчаянно нуждается во внимании. Такова ее сущность.

Я никогда не буду судить кого-то за его ошибки, не говоря уже о недостатках. Так делают только идиоты с низкой самооценкой и жалким эго размером с планету, считающие, что их пустые замечания кому-то небезразличны.

– Это из-за инцидента? – спрашивает Флоренс. – Или болезни твоего отца? Поэтому ты так долго была в Лондоне?

Волоски на затылке встают дыбом. Я снова осматриваю бар, ощущая зловещие ноты в воздухе:

– Что за инцидент?

– Ее кто-то преследует, – отвечает Фло. – Его поймали?

Вивьен отрицательно мотает головой. Я шокирующе наблюдаю за ее выражением лица, впервые видя ее… напуганной. Все так серьезно?

– Нет. Но это неважно.

– Неважно? – Голос Фло повышается. – Ты попала в чертову аварию.

– Полиция разберется.

Мой телефон вибрирует, и я читаю загоревшееся уведомление.

Неизвестный номер: Я знаю, что ты сделала.

И еще одно.

Неизвестный номер: Неужели ты совсем не боишься? Тебе не страшно? Где мои деньги, гребаная сука?

Мои пальцы дрожат. Мне хочется очистить содержимое желудка, но вместо этого я прочищаю горло и широко улыбаюсь, незаметно сжимая ингалятор в скрытом кармане платья.

– Я хочу танцевать.

Мне что-то говорят в ответ, но я не слышу.

Взяв у бармена рюмку текилы, я мгновенно выпиваю ее. Стенки горла невыносимо горят, а по телу пробегает волна дрожи. Я делаю это снова. И снова. Конечно, все напитки для меня бесплатны: один парень с неприметной внешностью бросил на стол двести фунтов в тот момент, когда я ему улыбнулась.

Громкая музыка бьет по нервам. Я покачиваюсь в такт и танцую, пока несколько парней извиваются вокруг, словно змеи.

Мне просто нужно заполнить чертову пустоту. Хотя бы на время.

После пяти шотов у меня нарушается координация, но это не мешает танцевать. Это не моя заслуга, а моей матери, бывшей примы-балерины, которая передала мне свои удивительные гены вместе с трагической красотой.

Я купаюсь в чужих комплиментах, улыбках, заискиваниях, получая нужную мне дофаминовую дозу.

А потом приступаю к плану.