Слышала я о таком, когда супружеская пара, устав от быта, приглашает к ним в спальню третьего человека, и зачастую это молоденькие наивные девочки. Представляю себя в постели с Максимом и Мариной Витальевной… Боже, Аня, о чём ты вообще думаешь? Это, наверное, от переизбытка эмоций дурные мысли в голову лезут.

Сделав две чашки кофе, присаживаюсь на стул напротив Марины.

— Аня, деточка, давай сразу к делу. Ты же понимаешь, что между тобой и Максимом ничего не может быть? Он намного старше тебя, и признаю, возможно, его заинтересовал секс с молодой неопытной девочкой, но я сама когда-то такой была. Прекрасно понимаю, что ты это никак не сможешь воспринимать как «просто секс». Наверняка для тебя бы это стало значить намного больше. Да и Максим не тот человек, который заводит отношения. Единственной его любовью всегда была я. Всю жизнь. Ты ведь видела, что он носит кольцо, несмотря на то, что мы расставались? Сама теперь подумай, каково бы тебе было, когда он, переспав с тобой, бросил бы? Дать ему то, что нужно, ты просто не в состоянии. Да и терпеть других его женщин не сможешь. А одна ты у него точно не будешь. Ты же это всё понимаешь?

— Марина… Витальевна, вы всё неправильно поняли… Это всё была огромная ошибка, Максим… Максим Александрович, он ни при чём. Я зашла в библиотеку в одном халате, я не думала, что там кто-то есть, понимаете? В общем, это всё была огромная ошибка. Я знаю, что вы вновь в отношениях. И я ни в коем случае не хотела этому мешать. Я должна извиниться перед вами… Если бы я была замужем и застукала бы мужа за изменой… Я очень виновата перед вами. И перед Сашей. Вы ей обо всём расскажете?

Марина сидела, открыто смотря мне в лицо. К кофе она даже не притронулась, хотя я вцепилась в свою чашку, как в спасательный круг.

— Ну, измена — это, конечно, громко сказано. Пара ваших невинных поцелуев меня не сильно впечатлили. Макс, наверное, решил немного развлечься перед сном. Перед сном со мной, перед тем, как идти ко мне в спальню. Понимаешь, Аня? Я вижу, ты девочка не глупая и допускаю, что ты могла просто допустить ошибку. Хорошо, что ты знаешь о наших с мужем возродившихся отношениях. Они ещё такие хрупкие, но всё же… Мы любим друг друга. Мы поговорили с Максимом, для меня важно сейчас, чтоб ты поняла, что ничего не значишь для него. Полагаю, неприятно это слышать, но это так. Ты же это понимаешь?

— Да… Я понимаю, извините, — говорю я, потупив взгляд.

— Знаешь, Саше я, пожалуй, ничего рассказывать не буду. И Максим тоже, я уверена. Но ты должна мне пообещать, что больше даже не попытаешься как-то с ним контактировать. Ни к чему хорошему это не приведёт.

— Если вы не скажете Саше, я буду вам очень благодарна… Честно.

— Ты ищешь работу? — неожиданно интересуется Марина.

— Да, но я понимаю, что это сейчас не важно. Извините.

— Знаешь, я могу тебе помочь. У меня своё кафе в центре Москвы, недалеко от вашего института.

Я опешила. Вот уж точно от кого я не ожидала помощи, так это от неё.

— Завтра в полдень подъезжай к кафе, всё тебе расскажу и покажу. Адрес на визитке, а сейчас я, пожалуй, пойду. Поздно уже. Доброй ночи, Аня, надеюсь, мы друг друга услышали.

— Да, конечно, доброй ночи, Марина Витальевна, и… спасибо. И… ещё раз извините, — лепечу я, закрывая за ней дверь.

Кажется, удача повернулась ко мне лицом, пусть совсем неожиданным лицом, но все же.

ГЛАВА 25

ГОРЦЕВ

— Максим, это же… подруга твоей дочери. Ты совсем свихнулся?

Марина смотрела на меня так, будто хотела испепелить взглядом.

— Марина, присядь, давай поговорим. Надо было сделать это раньше, — говорю я устало.

— Присядь? Немедленно объясни, что это было?! Да ты хоть представляешь, что будет, когда твоя дочь узнает, что ты трахаешь её подругу?!

— Во-первых, не кричи, а во-вторых — сядь. Сейчас же.

Видимо, мой холодный спокойный голос повлиял на неё, потому что она тут же подошла к креслу и села, всё так же не сводя с меня взгляда. Сажусь напротив.

— Марина, никто никого не трахал. Это было недоразумение. Но дело не в этом. Я решил закончить наши с тобой отношения — они ни к чему не приведут. Да, я скучал по тебе, и были моменты, когда хотел вернуть. Но сейчас я этого не чувствую. И к тебе тоже ничего не чувствую. Ты должна была понимать, что не сможешь просто так вернуться спустя тринадцать лет и требовать, чтоб всё было как раньше. Это невозможно.

— Ты решил бросить меня? МЕНЯ? Из-за этой малолетней шалавы? Ты что, совсем охуел, Горцев?!

— Рот свой закрой и не смей её так называть! — взбесился я. — В конце концов, она… подруга нашей дочери.

— Вот именно, ПОДРУГА НАШЕЙ ДОЧЕРИ! Да Саша знать тебя не захочет после того, как я ей всё расскажу!