– На пол его! – и Эйнара быстро и максимально аккуратно устраивают на мозаичном полу атриума, и целительница полностью ныряет в лечение, а в холл академии постепенно стекаются наставники, невесть как узнавшие о случившемся.

Время замерло, как мошка в янтаре.

Я молча смотрела на лежащего дракона, на склоненную над ним фигуру целительницы, и думала о том, что всё паршиво – в магическом зрении были видны разрывы нематериальной оболочки ректора, через которые из него хлестала сила, и следы темного проклятия, приведшего её в такое состояние.

Видимо, Алвис выдрал вражеское заклинание прямо там, на месте – и тем спас Эйнару жизнь. Либо просто отсрочил неминуемый конец.

Проклятье успело натворить бед, пока Алвис справился с ним –  аура дракона была изорвана в клочья, и, что самое скверное, заклинание подавило ее естественную регенерацию, и там, где целительница Маргрит очищала оболочку от следов зловредного плетения, края разрывов не тянулись друг к друг, и даже сведенные вместе не схватывались, как должны были, а обвисали цветными лоскутами – если можно так выразиться об энергетической структуре.

Значит, их придется восстанавливать вручную, крепить энергетическими «скобами», наперегонки со стремительно утекающей в разрывы жизнью.

Только не паникуй, Тереса – вот твоих истерик тут еще не хватало до полного счастья!

Лучше думай, чем ему можно помочь, ты же дочь темного рода, за тобой поколения предков, годы дрессировки и тома фамильной библиотеки!

Думай, Тереса, думай!

Штопать его группой драконы не могут – аура не плоть, особенно такая, поврежденная. Вторгаться в нее можно только в одиночку, да и то… не всем, не всегда, с массой оговорок и предосторожностей. Целительница справится и сама – если ей хватит времени. А его мало – дракон практически обессилел, и отток сил продолжается.

Что может помочь выиграть время?

 Необходим приток сил, способный компенсировать потерю – и не разрушить окончательно поврежденную структуру. Внешний источник магии, стабильный и равномерный энергетический поток.

Термы не подходят – работать с разрывами ауры в воде невозможно, да и с равномерностью у естественных источников, пересеченных с водой, не очень – колебания, которые здоровый организм даже не заметят, для Эйнара критичны.

Потому же отпадает ритуал с использованием девственницы –такой сильный разовый выброс энергии вообще разнесет дракону ауру в клочья. А то я бы сама эту треклятую девственницу ему нашла и пинками сюда пригнала…

Я кусала губы, наблюдая, как ловкие пальцы целительницы сводят вместе самые крупные лоскуты, одним движением – но так, что края безупречно правильно совпадают, закрепляют и оставляют с тем, чтобы вернуться и закончить потом, а сами переходят дальше.

Отток силы из обработанных разрывов становился гораздо меньше – но все равно был. И можно было не вспоминать судорожно формулы, заученные еще дома, не подставлять в них нынешние значения – и безо всяких расчетов было видно, что она не успеет. Эйнар терял слишком много энергии.

– Почему она не использует Круг? – нервно спросила я у Алвиса, невесть как оказавшегося рядом.

– Потому что драконы не способны объединяться в Круг, – вместо темного ответила мне целительница, и напряженный голос солнечной драконицы сказал мне больше чем профессионально бесстрастное лицо.

Сердце стукнуло с перебоем. То есть что?.. Сейчас она не борется за жизнь Эйнара, а просто… Просто отказывается признать очевидное? Потому что долг и призвание велят ей биться до конца, даже если ситуация безнадежна?..

Нет.

Нет, я так не играю.

Я не разрешала!

Я отстранила гнев, замешанный на панике, и потянулась к тому, что уже давно было рядом со мной. Вокруг меня. Слова целительницы Маргрит доносились, как сквозь вату:

– А если поставить в Круг адептов, он просто высосет их досуха…

Конечно, высосет. Что такое пять адептов для старого, сильного дракона? Осушит, и не заметит. Бессмысленный шаг – и дракону не поможет, и адептов угробит.

Мысли были вялыми, отстраненными, их думал кто-то оставшийся на поверхности моего сознания, сплетая выводы из обрывков слов и знаний, а я тонула.

Погружалась глубже, уходила вниз – сквозь выложенный затейливым мраморным узором пол атриума, через подземные аудитории и хозяйственные помещения, все ниже, ниже…

Когда-то давно этот замок принадлежал магическому роду.

Что с ним случилось?

Иссяк, как мы, Ривад?

Выступил против императора, и был уничтожен?

Это не важно. Важно, что земля осталась без хозяев.