И я невольно заерзала, извиваясь, пытаясь прижаться теснее, не только грудью, но и промежностью, где все ныло, пульсировало и требовало свою дозу ласки.

А потому для меня стало неприятным сюрпризом, когда Эйнар вдруг остановился, и, вместо того чтобы продолжить приятное занятие, намотал на руку мои кудри, легонько, но многозначительно потянул их и ласково глядя мне в глаза, вкрадчиво уточнил:

– Кстати, Тереса…

Несмотря на ласковость, тон явно не подразумевал для последней Ривад ничего хорошего, и я замерла, тяжело, возбужденно дыша, настороженно прикидывая, где я могла облажаться до такой степени, чтобы дракон вспомнил об этом сейчас.

– А почему это Алвис у меня в кабинете за тебя вступился?

– Потому что знает темный кодекс! – рявкнула я, с трудом сдержавшись, чтобы не взвыть от досады и одновременно облегчения. – Я и тебе экземпляр подарю – будешь на досуге раздел про право на месть изучать!

Я свирепо грызнула драконье плечо, воспользовавшись тем, что мои волосы как-то незаметно выпустили на свободу, и мою мстительность (и темперамент) больше ничего не сдерживало.

Так что я еще разок куснула широкое, твердое, упоительно вкусное плечо, подобралась к горлу, прихватывая губами тонкую кожу, чувствуя, как руки Эйнара увлеченно и головокружительно сжимают, мнут мои ягодицы, поднялась к челюсти, легонько сжала зубами… А потом коварный дракон отвлек мое внимание от справедливой (и безжалостной) мести, просто чуть-чуть повернув голову…

Не знаю, как так вышло, но, когда я опомнилась, мы уже некоторое время увлеченно целовались.

...и зачем, спрашивается, опомнилась?

Поймав драконий язык, бесчинствующий у меня во рту, я легонько погладила его своим собственным, и опустив ресницы, сделала вид, что хитрого драконьего финта не заметила, и снова позволила себе утонуть в водовороте ощущений.

– Думаю, стоит попробовать что-нибудь, чего мы еще не делали, – шепнул мне на ухо дракон, подхватив меня под попу и опрокидывая на кровать.

– И чего это мы еще не делали? – удивилась я, откидываясь на спину и оплетая шею Эйнара руками.

По моим личным наблюдениям, секс оказался занятием приятным, но незамысловатым. Ничего сложного!

Дракон, покрывающий поцелуями мой живот, хрипло хохотнул, обдав горячим дыханием мою кожу.

– Да мы еще практически ничего не пробовали!

Я выгнулась, закусив губу, а совладав со сладким ощущением, строгим тоном уточнила:

– И почему это мы еще ничего не пробовали?

Шершавый язык вдумчиво прошелся снизу-вверх по моему животу, оставив за собой влажный след, но я не дала подкупить себя поцелуями, которыми Эйнар принялся покрывать чувствительную кожу, сурово выговорила ему:

– Плохой, плохой дракон!

Дракон поперхнулся смешком, и я увидела, как сверкнули янтарные глаза, когда Эйнар поднял голову, оторвавшись от своего занятия – а потом он одним гибким движение поднялся вверх, прижав меня своим телом к постели, и хрипло прошептал на ухо:

– Этого мы тоже еще не пробовали!

Я непонимающе моргнула, и, откидывая голову так, чтобы дракону удобнее было выводить языком горячие узоры на моей шее, призналась:

– Я хотела сказать: «Плохой, плохой любовник!», – но у меня язык не повернулся…

– Вы просто неправильно его поворачиваете! – тихо рассмеявшись, вместо того чтобы обидеться, как я опасалась, пробормотал мне в губы Эйнар, и накрыл мой рот требовательным, властным поцелуем, заставив проглотить недоуменный вопрос. – Ничего, я вас научу!

Снова полыхнув безумным взглядом, он заскользил вниз, по горлу, по груди, к животу, прокладывая дорожки обжигающих поцелуев и болезненно-сладких укусов.

Юбка полетела в сторону, белье – вслед за ней, и я осталась под полыхающим взглядом бронзового дракона абсолютно нагой.

Пламя, бушующее в глазах этого мужчины, заставляло меня изнемогать и плавиться не меньше, чем его прикосновения, заставляло чувствовать себя всесильной, могущественной – и одновременно подавляло волю, лишало разума.

И когда он развел мои бедра, стоя между ними на коленях, и склонил голову, я только потрясенно ахнула – и стиснула простыни в кулачках, но и не подумала протестовать.

Чувствительной кожи на внутренней стороне бедра коснулись поцелуем мягкие губы, затем дракон потерся гладкой щекой там, где только что целовал.

Я приподнялась на локтях посмотреть – мне как-то не верилось, что он это сделает. Ну… Не верилось, и все тут! Не сделает. Не посмеет.

Эйнар поймал мой скептический взгляд, коварно ухмыльнулся, и склонился ниже, низко-низко. Я ощутила, как его ладони скользнули под мои ягодицы, подперли меня, побуждая прогнуться в пояснице, а потом…

Посмел.

Поцелуй опустился на мою кожу невесомым касанием. Нежный, легкий… и огненный. Обжигающий – самим своим фактом. Еще один, и еще, и еще.

Хор-р-ро-о-оший дракон!