— Что?!  — она так опешила от его наглости, что не сразу нашла, что сказать. — Ты в своем уме?!  Я никуда с тобой не поеду!

— Поедешь.

— Я не собираюсь спать с тобой!

— Тебе понравится, обещаю. Не меньше, чем порка, Дженни-сама-неприступность, — демон ухмыльнулся и Дженни захотелось врезать по смазливому лицу. Просто чтобы с него стереть это самодовольное выражение.

Да сколько можно?! Он вообще слышал ее слова?!  

— Я не буду с тобой спать, Раум ди Форкалонен, — четко, по буквам выговорила девушка. — Отвези меня в кампус!

— Угу, знакомая песня. Не отвлекай меня.

Девушка сидела, сжимая кулаки в бессильном гневе. Совершенно очевидно, что Раум не принял ее требование всерьез, как не принимал и саму Дженни. И он действительно отвезет ее в свой особняк, а там…

Нет, насиловать демон не станет. Ему и не потребуется, достаточно будет просто немного постараться, чтобы снова разбудить Дженни-номер-два, и та сама радостно отдастся ему. Еще и упрашивать будет!

На глаза навернулись слезы беспомощности и злости. Никогда в жизни Дженни — сильная, умная, самостоятельная Дженни — не чувствовала себя настолько неспособной контролировать свою жизнь. Она даже свое тело контролировать рядом с Раумом неспособна.

Ди Форкалонен между тем каким-то чудом умудрился не только выбраться из кустов, но и развернуться в полной темноте на бездорожье. Даже ни одного дерева не зацепил. Фары высветили склон, ведущий к шоссе. Среди пожухлой травы чернели две полосы от колес.

С первого раза въехать на трассу у Раума не получилось — шины проскальзывали по жидкой грязи. Машина ревела, но не трогалась с места. Демон коротко выругался и сдал назад, высматривая более пологую траекторию.

Сейчас “Мантикора” вскарабкается на трассу, и ночь в особняке станет неизбежной.

На принятие решения ушло меньше секунды. Дженни подхватила сумку и как раз в тот момент, когда Раум выжал газ, набирая скорость для подъема, распахнула дверь и выпрыгнула в темноту.

***

Ветви дергали за волосы, хлестали по телу. Деревья раскачивались над головой, осыпая Дженни холодными и мокрыми каплями, подсовывали под ноги корни и сучья. Но она не останавливалась. Где-то за спиной маячил преследователь — адски злой на сбежавшую добычу демон. Твердо настроенный догнать, вернуть и утащить в свой особняк.

С него станется еще и отшлепать снова за побег.

Поэтому Дженни вспугнутым зайцем мчалась по ночному лесу — без плана, без дороги, просто в стремлении уйти как можно дальше, спрятаться, схорониться.

Когда она сбегала, то не думала, что Раум пустится за ней, оставив машину. Ну, максимум будет преследовать минут пять, а потом махнет рукой и вернется. Но погоня длилась уже не меньше получаса, в боку колотило, дыхание вырвалось изо рта со свистом, вместе с облачком пара. Руки и ноги украшали царапины от веток, даже на щеке появилась парочка, а о том, в каком состоянии сейчас ее платье, Дженни предпочитала не думать. В конце концов, если ей не удастся уйти, это будет меньшая ее проблема.

Настырный какой! И упорный. Сначала демон еще и звал ее, уговаривая не делать глупостей. Потом сообразил, что бесполезно и преследовал молча, но она все равно чувствовала его за спиной обострившимся инстинктом волка.

Как все-таки вовремя проснулся голос крови! На землях Маккензи она в подобных пробежках всегда приползала последняя из компании — исцарапанная, грязная, как чушка и с ветками в волосах. О беге не стоило и мечтать, Дженни могла пройти по ночному лесу только осторожным шагом, выставив перед собой руки. В отличие от соплеменников она не видела в темноте, не чувствовала дороги, деревьев, леса.

Порой ей даже казалось, что все россказни про волчье чутье — просто враки, а остальные Маккензи просто пьют зелье для сумеречного зрения и издеваются над ней.

Оказалось — не враки. Инстинкт бурлил в крови, подсказывал где надо пригнуться, куда поставить ногу. Мир вокруг стал монохромным, но четким, расцвел оттенками серого и черного. Вглядись Дженни как следует, могла бы рассмотреть, как пляшут лунные лучи на усыпавших листья дождевых каплях. Не будь она в платье и на каблуках, не беги со всех ног, вышла бы из чащи чистенькая и без единой царапины.

Смешанный лес редел, уступая место ельнику — густому и непролазному. Под ногами зачавкало, туфли утонули в густом слое мха, и Дженни чуть не застонала от отчаяния — пробираться сквозь елки то еще удовольствие. Сейчас бы обернуться — упасть на четыре лапы. В волчьем облике ее никакой демон не догонит.

Чутье толкнуло вправо, выводя на едва приметную стежку. Девушка пригнулась и нырнула под густо переплетенные ветви. Мимоходом удивилась — тропа? Кто и зачем протоптал ее тут, в ельнике?

Стежка то терялась, то снова появлялась. Дженни находила ее по еле заметным приметам — обломанные ветви, чуть более утоптанный мох. Кто бы ни пользовался этой дорогой, он делал это нечасто.