– Где же вы, мои родные? – едва слышно прошептала я и зарылась лицом в бархатные чёрные лоскутки в моих руках, вдыхая жизненно необходимый мне запах.

Мой похититель вернулся минут через десять, держа перед собой большой широкий поднос, заставленный едой. Поставив его на стол, Шейд развернулся ко мне:

 – Вот! Это для нас с тобой. Придвигайся ближе и кушай, – приглашающе махнул он рукой.

– Это что, собачий корм? – ужас в моих глазах был неподдельным, когда я разглядела, чем именно меня собираются угощать.

В тарелке с «супом» в тошнотворном желтоватом бульоне плавали коричневые кусочки, подозрительно напоминающие сухарики для животных, а в соседней тарелке была навалена кучка, выглядевшая как печёночный паштет вперемешку с нарезками сала. Да мне надо голодать как минимум неделю, чтобы положить в рот нечто подобное!

Но попробовать этот шедевр кулинарного искусства мне так и не довелось: фраза про собачий корм произвела на кертинга эффект сработавшей бомбы и послужила последней каплей, подкосившей его нервную систему.

Дико взревев, Шейд схватился за голову, обернулся монстром и швырнул поднос со всем его содержимым об стену. А после этого подскочил ко мне и навис, как бешеная лохматая скала с кроваво-яростным взглядом.

Не знаю почему, но страшно мне не было.

Я спокойно смотрела на перекошенную от гнева морду снизу вверх, краем глаза отмечая, как разорвавшаяся на вздымающейся мощной грудной клетке рубашка рваными ошмётками опадает, словно листья с осеннего дерева. Штаны оказались более прочными и пока держались, но уже угрожающе потрескивали по швам.

– И что дальше? – усмехнулась я, поднимаясь со стула. Но даже стоя мне приходилось задирать голову, поскольку этот монстр был гораздо выше меня. – Ударишь меня? Изобьёшь? Покалечишь? Или, может, сразу убьёшь? – я чувствовала, как от его судорожного горячего дыхания шевелятся волосы на моей голове. – Ну же, давай, перегрызи мне горло! – я демонстративно подставила ему беззащитную шею. – Или предпочтёшь добить меня, распоров когтями живот – завершишь начатое на поляне? – с горечью произнесла я, наблюдая, как на опешившей морде кертинга неожиданно промелькнуло виноватое выражение. – Ты же приручать меня вроде собирался – ласки мне обещал, массажи! А сам – принёс мне какие-то помои и стоишь тут пугаешь своим неадекватным видом! Ты себя в зеркале видел? Это что за колтуны на шерсти, ты что, в мусорке извалялся? Ты хоть немного за собой следишь? Тебе не стыдно? – разошлась я не на шутку. – Этот так ты мне понравиться решил? Хватит уже тут хвостатую статую из себя изображать: шевелись! Либо добей меня на раз, либо иди, приведи себя в приличный вид и принеси нормальную еду!

На секунду мне показалось, что из ноздрей оскорблённого до глубины души кертинга повалит пар, но вместо этого он запустил в стену стул, разнеся его в щепки, и с диким рычанием выскочил за дверь, хлопнув ею так, что она едва не сорвалась с петель.

А что, я его предупреждала: ранняя седина ему со мной обеспечена.

Вернулся этот несчастный через полчаса, уже в мужском облике и одетый как на королевский приём: в шёлковой рубашке, бархатном бордовом камзоле и с влажными, зачёсанными назад волосами. В руках он снова держал поднос, но на этот раз еда на нём была очень даже съедобной: меня порадовали рыбные салатики, картофельное пюре с жареной рыбкой, молочный коктейль с ванилью, ваза с пирожками, небольшой творожный тортик и плитка белого шоколада, навеявшая мне мысли о Кае.

– Надеюсь, теперь ты довольна? – покосился на меня Шейд, выгружая все эти вкусности на стол.

– Ты что, издеваешься? – с возмущением воскликнула я, сложив руки на груди.

– Ну что на этот раз не так? – в его взгляде промелькнуло отчаяние.

– Ты развёл тут свинарник и теперь предлагаешь ужинать в таком хлеву? – я гневно махнула рукой на испачканную паштетом стену и осколки посуды вперемешку с едой и щепками, обильно усеявшие пол. – Ты за кого меня принимаешь, Шейд? За шавку подзаборную?

Лицо моего похитителя пошло красными пятнами, а на скулах заходили желваки. Я молча и демонстративно смотрела на него с немым вопросом: «Ну что, снова собачку мне показывать будешь?»

Издав глухой сдавленный стон, кертинг в очередной раз рванул на выход.

Глава 81. Ириниэль

Прошло минут пять, и дверь в комнату снова приоткрылась, но на этот раз в неё вошёл уже не Шейд, а хрупкая тёмно-рыжая эльфийка с тонким ртом, крошечным острым подбородком и маленьким, почти плоским носом. Не просто худая, а измождённая, в рваном платье и кожаном ошейнике, она нервно теребила в руках влажную тряпку.

– Да вы издеваетесь! – невольно вырвалось у меня, когда я потрясённо разглядывала эту девушку, цветом волос и выразительными бордовыми глазами невероятно похожую на Лонгерина. – Олаф, если ты меня слышишь, то знай: я очень сожалею, что ты уже умер, потому что хочу прибить тебя лично! Мог бы и предупредить, что твой квест ещё не закончен!