— Привет, Белоснежка! — выкрикнул на полкласса, будто мы с ним лучшие друзья.

А потом обхватил за шею и потёр кулаком по макушке, испортив причёску. Шевцов молча отвернулся, а Роман Должанов лишь кивнул, при этом обратившись к Степановой:

— О, Ирландо, теперь мне не придётся разбавлять твоё одиночество. — Расплылся в наглой улыбке. — Но если чё, то я ночью могу.

Некоторые парни в классе заржали как кони, а Аня покраснела от злости.

— Дебил. Сам своё одиночество разбавляй но ночам. Уверена, ты уже знаешь как.

Теперь хохот был обращён на Должанова, а Аня королевской походкой прошла к последней парте.

— Могу и с тобой опытом поделиться, детка. Поверь, это не менее занимательно, чем физика.

Под всеобщее веселье Аня закатила глаза и прошептала мне:

— Кто вообще сейчас говорит «детка»?

В класс по звонку вошёл преподаватель, и смешки смолкли. Мне было жаль подругу. В последнее время Должанов вообще границ не видит, открыто поднимает её на смех, почти доводя до слёз. Да какой там почти. Аня, моя уверенная в себе и стойкая Аня, вчера звонила вечером и рыдала в трубку, что этот козёл её на физкультуре опозорил перед всей группой. Она замерзла в спортзале, а Должанов высмеял, что через майку всё видно, ещё и под руки сзади подхватил, чтобы прикрыть не смогла и другие поржали. Степанова его люто ненавидела, а поделать ничего не могла.

Занятия пошли своим чередом, и я была в шоке от того, насколько отстала. Занималась дома целыми днями почти, как только чуть полегче стало, но всё равно катастрофически отстала. Аня с Эдиком помогали как могли, но пришлось полностью занырнуть в учёбу. Только сон, еда и уроки, уроки, уроки. Я даже с мамой виделась мельком. Она всё понимала, иногда приходила, приносила мне в комнату чай с блинчиками и просто какое‑то время сидела рядом, пока я внедрялась в тайные глубины алгебры или слушала тексты по английскому.

С Алексеем я и вовсе встречи не искала. В тот раз, опозорив меня перед Сашей, он ещё и дома накричал. Стоило спросить, почему он так себя повёл, как Лекс полоснул своим жутким взглядом, а потом припечатал ладонью о косяк двери, прямо у моего лица, и зло прошипел, что он мне не брат и нечего таскать в дом каких‑то «левых придурков». Мне тогда стало просто до слёз обидно. Ну чем Саша ему насолил? Я же его даже в дом не приглашала, мы просто стояли на улице.

После этого я написала Тереньтеву сообщение с извинением, но он ничего не ответил. Видно было, что прочитал, но даже плюсик в ответ не прислал.

До конца четверти оставалось не так уж и много, а до каникул нужно было сдать проект по биологии. Мы с Аней взяли работу на двоих, но из‑за моей болезни продвинулись весьма незначительно. Тема была интересная, но направление работы в основном теоретическое, поэтому требовалось обработать большое количество информации, структурировать её, выполнить графики и анализ закономерностей. Мы взяли вполне животрепещущую тему для современного человека, особенно для выпускника: «Стрессы и стрессоустойчивость организма человека». Материал в основном уже был собран, но проект требовалось довести до ума.

Сегодня была суббота, и мы условились основную часть дня посвятить проекту. Позавтракав утром и сделав основные уроки на понедельник, я оделась и выбежала на автобус. К району с высотками, где жила подруга, добираться пришлось с двумя пересадками.

— Привет. — Аня улыбнулась и пошла включать чайник, пока я разматывала шарф. Горячий чай как раз к месту, потому что, несмотря на календарь, весна в город не спешила, удивляя южных жителей непривычным в это время холодом.

— Родителей дома нет сейчас, так что можно и музыку включить фоном. Комп в моей комнате теперь стоит, я его уже включила.

У Степановой я была уже не впервые. Она жила с родителями и двумя младшими, которые сейчас гостили у деда.

Мы расположились за компьютером и принялись за работу, попивая ароматный чай с лимоном. Аня включила какую‑то лёгкую попсу фоном и сделала тише, чтобы мысль не сбивать.

— Бинго! — радостно вскрикнула Аня, когда работа была окончена.

Я потянулась, прохрустев затёкшей спиной, и потёрла глаза, уставшие от напряжения.

— А сколько сейчас времени? Господи!

Мы так заработались, что я совсем потерялась во времени и пространстве. Уже было почти шесть, и уехать из этого района в «Серебряную рощу» общественным транспортом не представлялось возможным. Я позвонила маме, спросив, не сможет ли она после работы забрать меня. Мама сказала, что сегодня они с Виктором допоздна, но такси брать не разрешила. Сказала, что не доверяет и молодой девушке может быть небезопасно путешествие в такси через весь город вечером. Попросила подождать до половины восьмого, пока освободится водитель Виктора Степан. Он и приедет.

Насчёт такси я была с ней не согласна, но решила не настаивать. Степан так Степан.