— Завтра ты переезжаешь ко мне, — заявила она. — Ты будешь спать в кровати каждую ночь до самой смерти, что бы ни случилось между нами. Я обещаю.

Свирепость, прозвучавшая в ее словах, удивила ее и зажгла что-то в его глазах цвета кремня. Он обхватил ее затылок и притянул к себе для глубокого, страстного поцелуя, который заставил ее синапсы снова вспыхнуть.

Отстранившись на дюйм, он так же яростно произнес прямо ей в губы, его слова прозвучали как клятва:

— И ты будешь со мной в этой постели каждую ночь, пока я не умру. Обещаю.

Салем очень, очень хотелось поверить ему.

Но в тот момент она просто обнимала его и дышала.

 

ГЛАВА 28

Разум — место само по себе.

И из Рая может сделать Ад, а из Ада — Рай.

—Джон Мильтон, «Потерянный рай»

 

САЛЕМ

— Мисс Салазар, вы звонили? — Четкий голос Анны, экономки семьи Салазар на протяжении уже двадцати лет, напомнил Салем о доме, в котором она выросла.

Хотя Анна никогда не была холодной, она не отличалась и особой теплотой. Она всегда была и оставалась рациональной. Именно поэтому Салем звонила ей. Если нужно было сделать кое-что, соблюдая секретность, и эта грузная женщина была именно тем человеком, который мог помочь.

— Анна, — поприветствовала ее Салем, молча помахав рукой Адити, когда та вошла в «Би-би-си». — Надеюсь, у тебя всё в порядке.

— Да, мисс. — Голос пожилой женщины звучал так же, как и раньше, словно время застыло с тех пор, как родилась Салем. — Чем я могу помочь? — Сразу к делу. Салем всегда нравилась эта прямота. В том мире, в котором она жила, это освежало.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала, Анна, — начала Салем. — Только осторожно. Моя мать не должна знать.

В голосе Анны звучали сомнения.

— В рамках дозволенного, мисс. Я подчиняюсь миссис Салазар.

Салем ожидала этого. Анна всегда была преданной.

— Конечно, ничего противозаконного, Анна. Ты помнишь дневники прабабушки? Их принесли в дом после ее похорон, если я правильно помню.

— Да, мисс, — согласилась Анна, немного подумав. — Они все в коробке на складе. Они вам нужны?

Умная женщина.

— Да, — ответила Салем. — В них есть важные заметки, которые помогут мне в работе над проектом. В этом году я подала заявку на получение специальной премии. Я звонила матери, но она, похоже, не захотела с ними расставаться. — Честность была лучшей политикой с Анной, тем более что она могла легко поговорить с ней. — Ты не могла бы аккуратно упаковать коробку и отправить ее мне как можно скорее? Я бы не стала просить тебя, если бы это не было срочно.

— Конечно, мисс. Вы получите ее к завтрашнему дню. Вы хотите, чтобы я направила их по какому-то конкретному адресу? Или по месту жительства в кампусе?

— Мне в университетский городок, пожалуйста. — Поблагодарив Анну, Салем почувствовала, как ее охватило волнение. — И еще кое-что.

Затем она сказала, что именно ей нужно, и завершила звонок, повернувшись к Адити. Девушка выглядела усталой, такой же, какой Салем чувствовала себя несколько дней, пока прошлой ночью не уснула глубоким сном в непривычном и неудобном месте. Каз еще спал, когда она встала, оделась и, выскользнув за дверь, вернулась в кампус. До начала занятий у нее была встреча с доктором Бейном, и она не могла ее пропустить.

Но сейчас ее внимание было приковано к подруге.

— Что происходит?

Адити вздохнула.

— Проблемы с парнем.

Салем облокотилась на стойку.

— Барон?

Девушка закатила глаза.

— С кем еще я регулярно трахаюсь?

Салем ничего не сказала, просто терпеливо ждала, когда Адити соберется с мыслями. Девушка продержалась всего десять секунд, прежде чем сдалась.

— Он ведет себя странно. Ну, более странно, чем обычно.

Салем нахмурилась.

— В каком смысле странно?

— Когда мы только начали, он обычно сразу уходил после, ну, ты понимаешь. Но последние несколько дней, не знаю, что на него нашло, он остается на ночь, а утром уходит. А сегодня утром он просто ушел, вел себя странно, сказал, что мы закончили, и я не понимаю, что происходит. А когда я спросила его об этом, он уклонился от ответа.

Ее подруга сходила с ума, потому что Барон, вероятно, начал испытывать к ней чувства. Но она знала, Барон был сомнительным парнем. Она не могла представить, чтобы он сделал что-то, руководствуясь чувствами, без какого-то расчета.

— Думаешь, он испытывает к тебе какие-то чувства?

Адити насмешливо хмыкнула.

— Ну, нет. Мужчина горячий в постели, но холодный в душе. Мы оба прекрасно знали, на что шли, и всё было нормально. Это что-то другое. Я чувствую.

Напоминание о встрече сработало в телефоне Салем, и она убрала его в карман.

— Слушай, у меня встреча с моим куратором. Давай встретимся после занятий. Мне нужно кое-что сообщить вам.

Глаза Адити расширились.