– В первую очередь, я ректор гражданской академии, а не военной, – уточнил Денвер. – Пределы доступной мне информации гораздо уже, чем можно было представить.

– Ясно.

Ничего подобного! Я весьма сомнительно поняла его слова при условии, что его командир пограничного пункта вызвал по непонятному делу. Слышала, на слух не жалуюсь! Пусть даже не пытается мне врать. Раскрою в два счета! Чего я точно не понимала, зачем вообще ректора магической академии вообще вызывать в пограничный пункт?

– Ты знала, что командир пограничников еще и отчим Ведаса? А также отец его младшей сестры Эльрем?

Вопрос Денвера застал меня врасплох. Конечно, я знала, что отца Дрока убили кто-то из «Змей», но о его отчиме я не слышала ни слова. Да и Эльрем… знакомое имя! Разве Дрок не упоминал Эльрем в разговоре с предателем? И в душевой он вспоминал про какую-то Эль… Не про нее ли?

– Про нее, про нее, – подтвердил Денвер. – Вряд ли Ведас мог вспомнить кого-нибудь в такой пикантный момент.

Это ты вообще о чем?!! Что значит, никого другого, кроме собственной единоутробной сестры?!!

– Фу, о чем ты? – не понял Денвер. – Я про то, насколько «профессионально» он держит эмоции под контролем, когда того требует ситуация. А ты о чем подумала? Могу себе представить…

Согласна, облажалась. И нечего смеяться надо мной! Ошиблась. С каждым может произойти! Ничего смешного в этом нет. Не, ну правда! Прекращай ржать, Денвер! Но тот и не собирался заканчивать. Сначала он просто улыбнулся на мгновение. Потом заулыбался во всю ширь оскала. Затем обнаглел вконец и рассмеялся на полную катушку.

– Если ты немедленно не прекратишь, я больше никуда с тобой не пойду! – возмутившись, притопнула ножкой. По-детски и глупо, но мне не хотелось ничего выдумывать. Зато очень хотелось спать.

Во всей сложившейся ситуации мне нравилось только одно – Мотя лежал на моем плече без поддержки. Самостоятельно. Из стазиса, как я полагала, он выходил постепенно и до сих пор не пришел в норму окончательно. Зато теперь он десять-двадцать раз подумает, прежде чем принимать еду из рук чужаков!

– А куда ты денешься? – подначил Денвер. – Ты устала. Тебя выкинуло порталом в чужом и очень большом городе, где у тебя нет ни родных, ни знакомых. А еще ты угодила в сердце самой надежной крепости во всем мире. Я собственными руками отстраивал академию. Поднимал из руин. И я, как никто другой, знаю, чего стоит эта малышка!

Ты ведь еще не все перечислил? Я права? Будто бы я сама не знаю, что по уши в неприятностях и проблемах! И что же ты мне можешь предложить? Ах, точно! Учеба в твоей академии, которую ты собственными руками восстанавливал по камешку! Превосходное достижение! А памятник себе воздвиг ли ты нерукотворный?..

– Давай-ка я тебе покажу свободную комнату. Выспишься, подобреешь сразу, – предложил Денвер, и я ни секунды не раздумывала, чтобы согласиться.

– Ты прав. Я просто устала, вот и срываюсь на всех подряд. Мне просто нужно поспать в нормальной кровати, и все сразу станет светлым.

И розовые пони будут какать радугой. Знаю-знаю. Что там еще? И потечет кисейная река по молочным берегам… Не помню, как там. От усталости в голове такая каша, что я с трудом вспоминаю, куда мы с Денвером идем. Он вроде бы обещал зарегистрировать меня в академии. Хоть свой угол будет в этом мире, и то славно.

– Идем. Мы почти пришли. Быстро запишу тебя и отправлю спать. Насчет остальных организационных вопросов поговорим позже.

Наконец-то наше общение пришло к определенному, удовлетворительному для обеих сторон результату. Цапаться сто процентов совместного времени не входило в мои планы, а встреча с Дроком на фоне недосыпа выглядела не такой уж и важной.

До самого ректорского кабинета пришлось топать на своих двоих. Бронзовые голые стены уже не казались мне чем-то странным, а данное Денвером название зданию «крепость» немного развеивала подозрения. А он случаем не говорил правду, сообщая о восстановлении академии из руин? Она была разрушена?

– В каком захолустье ты жила, раз не знаешь о теракте Змей против старой столичной академии? – возмутился Денвер. – Мне казалось, об этом все знали!

– Ну… – плохой вопрос. Я сразу же перевела тему, не боясь выглядеть при этом конченной дурочкой. – А почему «Тинрас»? Это прежнее название? Или новое? После теракта оставлять старое название как-то… доверия не вызывает.

– Это кличка моей первой собачки, – пошутил Денвер. – И это не шутка, – добавил он, в очередной раз прочитав мои мысли. – Шикарный был песик. Жаль, из короткоживущих пород. Но такой лапочка!

Он занимается с собаками? Поэтому потребовал отдать ему Рамзеса? Я вряд ли в своем положении смогу содержать и обеспечивать собаку всем необходимым. И это я еще не учитываю лечение, которое требуется Рамзесу. С его хозяином у Дрока, как я поняла, очень «горячие» отношения, и терпеть питомца своего главного (пускай и к нынешнему моменту скончавшегося) врага он не будет.