— Почему? Потому что все увидят тебя со мной? У Джуда, кажется, ты уже под подозрением. Он начнет задавать вопросы, и тебе останется только нагло врать, что между наминичего нет, — я касаюсь губами его губ, и по его телу пробегает дрожь. — Только вот этонеправда.

— Прекрати.

— Боишься, что кто-то из твоих товарищей по команде увидит, как ты целуешься со своим заклятым врагом? А как насчет того, что я нагну тебя прямо здесь и трахну, Престон? Заставлю кричать, как дешевую шлюху, пока ты будешь скакать на моем члене.

Он заносит кулак, чтобы ударить меня, но останавливается; в его глазах проносится болезненное выражение, и он опускает руку.

— Я тебе проститут что ли? Так ты меня видишь?

— Как мне кажется, у нас все как раз наоборот, учитывая, что именно ты постоянно сбегаешь.

— Я не … — он замолкает, его губы дрожат, прежде чем он сжимает их в тонкую линию.

— Что?

— Я не это имел в виду.

— Ноименно так и происходит, Престон, — я отталкиваю его. — И если ты продолжишь в том же духе, мне будет плевать, что я потерял от тебя голову. Ябуду относиться к тебе также. Я контролирую свой гнев, но не смогу делать это вечно, если продолжу чувствовать, что ты меня используешь.

Он нервно проводит рукой по волосам, его взгляд становится почти стеклянным.

— Я не использую тебя, Маркус. Честно.

— Докажи.

— Доказать… как?

— Поехали со мной.

— Сейчас? — он медлит, затем кивает подбородком в сторону входа в клуб. — Ребята меня ждут.

— В жопу их.

— Но Кейн…

— Просто откажись и хватит искать отговорки.

Я разворачиваюсь и иду к своему байку. Садясь на него, я чувствую, как тяжелое тело устраивается позади, и странное чувство охватывает меня, когда он обвивает руками мою талию.

Крепко.

До боли.

Потому что именно так обнимает Престон.

— Куда поедем? — тихим голосом спрашивает он, и я знаю, просто знаю, что этот человек станет моей погибелью.

Глава 28

Престон

Тепло.

В доме.

В комнате.

От руки, которая уютно сжимает мою.

И… от самого мужчины, который крепко прижимает меня к себе, притягивая ближе.

Мой взгляд то и дело скользит по его большой ладони, баюкающей мою, завороженный видом выступающих вен и очерченных пальцев.

Я держусь за руки с мужчиной.

И это опьяняет.

У меня стояк с того самого момента, как я изо всех сил вцепился в него, сидя позади на мотоцикле.

И нет, я не будуэто анализировать. Или то, что прямо сейчас происходит в моем изголодавшемся теле.

Мы просто не будем об этом думать, мозг, это ясно?

Но это не значит, что я перестану чувствовать, будто меня выдирают из собственной кожи. Что перестану слышать, как громко колотится мое сердце, едва не выпрыгивая из груди.

Я боюсь, что он услышит этот оглушительный звук или почувствует мой зашкаливающий пульс. Что, если он решит, что добился от меня именно того, чего хотел? Если меня больше не надо завоевывать, не станет ли ему скучно, как и всем мужикам? Мне бы на его месте точно стало, поэтому что если…?

Но череда моих мыслей обрывается, когда он заталкивает меня в комнату, отпуская мою руку. Пока, спотыкаясь, прохожу внутрь, я отказываюсь признавать чувство потери, возникшее после исчезновения его ладони.

Маркус снимает куртку, бросая ее на стул, затем расстегивает одну манжету своей свежей белой рубашки, из-за сбитых костяшек выглядя довольно опасно.

— Раздевайся.

Я тяжело сглатываю, в основном из-за его мертвого тона, но также из-за нездорового чувства возбуждения, которое только что пронеслось сквозь меня.

— Сам не можешь? — огрызаюсь я.

— Заткнись, — он закатывает манжету рубашки до локтя методичными, выверенными движениями. — Не хочу слышать твой голос, если только это не ответ «да». Сегодня никаких игр. Я накажу тебя за этот спектакль на парковке.

Это потому, что я бил его?

Он сам заявился в клуб после того, как я четко сказал ему, что на людях мы только заклятые враги. Хотя неприятное чувство внутри подсказывает мне, что на самом деле контроль я потерял не поэтому.

Он меня проигнорировал.

После того, как трахнул, он просто начал меняигнорировать.

Это ты сбежал, позволь напомнить, — шепчет единственный здравомыслящий демон в моей голове.

Эй, демоны, кто-нибудь, заткните его. Срочно.

— Я скажу это в последний раз, — он расстегивает вторую манжету. — Раздевайся.

Я отворачиваюсь, попутно снимая куртку. Это просто секс. Кого это, блять, волнует? Уж точноне меня.

— Нет, — единственное произнесенное им слово обрушивается мне на спину, как удар хлыста. — Повернись.

Я сжимаю челюсти, но затем выдавливаю улыбку, поворачиваясь к нему лицом и стягивая футболку через голову.

Его потемневший взгляд метнулся к моей обнаженной груди, задерживаясь в самом центре.

И я ненавижу то, как сильно его внимание заставляет меня дрожать.

Я поджимаю губы.

— Теперь доволен?

Его темный взгляд впивается в мой.

— Поумерь свой пыл.

— Плохие новости, — характер идет со мной в комплекте.