- Я ожидаю ошибок, и, пожалуйста, не волнуйся. Я их прощу. Понимаю, что порой эмоции и внутренние переживания будут мешать тебе и создавать трудности. Это нормально и вполне естественно. Единственное, чего я требую - чтобы ты изо всех сил старался их преодолеть. Делай все, что в твоих силах, и я не разочаруюсь. Не повторяй одну и ту же ошибку дважды - и я буду весьма доволен. Честно признавай возникающие проблемы - и я буду тобой гордиться.

      Он наклонился вперед и положил руку на позвоночник Никки между лопатками.

      - Дыши, мальчик.

      Он улыбнулся, когда Никки сделал невероятно глубокий вдох.

      - Знаю, это сложно, но поверьте мне, ты не сможешь меня разочаровать, если я увижу, что ты стараешься. Обещаю.

      - Я вам доверяю, сэр.

      Это была правда. Он знал, что мальчик ему доверяет, и это было замечательно.

      - Хороший мальчик. - Он убрал руку и продолжил. - Наш вечер еще не закончен, но, думаю, в этой комнате мы закончили. Как ты себя чувствуешь?

      - Тепло. Немного побаливает. Хорошо, сэр. Все отлично.

      Он кивнул.

      - Принеси из шкафа мой пиджак, мальчик, и помоги мне его надеть.

      Никки встал и направился к шкафу, не торопясь, но двигаясь экономно и уверенно. Он просунул руки в пиджак, пока мальчик держал его распахнутым.

      - Хорошо. Приведешь себя здесь в порядок и оденешься, вернешь ключи в бар, а потом пойдешь домой. Я буду в своем кабинете. Сходи в туалет и приходи туда.

      - Да, сэр.

      - И, мальчик. Прежде чем открыть дверь моего кабинета, убедись, что ты действительно готов мне служить. Не торопись, я не жду, что ты прибежишь сломя голову.

      - Да, сэр. Хорошо, сэр.

      - Хороший мальчик. - Бредфорд ласково погладил Никки по щеке, улыбаясь. Глаза мальчика были опущены, но Бредфорд почувствовал, как тот подался навстречу его руке. - Прекрасный мальчик. - Он повернулся и вышел из комнаты.

Глава 17

      Вечеринка еще даже не началась, а день уже выдался насыщенным. Никки стоял на коленях неподалеку, пока Бредфорд - пока Сэр - проходил процедуры: маникюр, уход за лицом и бритье опасной бритвой у мастера, который специально приехал к ним в особняк. У того были горячие полотенца, странный крем для бритья в чашечке и ремень для правки лезвия или как там эта штука называлась. Никки потратил много времени, помогая Сэру одеться в потрясающий смокинг, сшитый точно по фигуре из черного шелка с воротником из мягкой кожи, и в туфли, которые он начищал до тех пор, пока они не засияли.

      Никки также помог Сэру застегнуть пару запонок из черного оникса и платины с буквой «Г», которые, по словам Сэра, он носил каждый год на свой день рождения, хотя и не объяснил почему.

      Сэр был в отличном настроении, выглядел потрясающе во всем черном и, казалось, был полностью готов к вечеринке.

      Никки тоже был готов - ну, по крайней мере, одет. Он все еще пытался прийти в себя и справиться с волнением. Он стоял посреди спальни Сэра, словно в витрине, весь в белом, что соответствовало дресс-коду вечеринки: сабы в белом, Домы в черном. Сэр одел его в тогу, что, в общем-то, было чем-то вроде намека на скромность, но на самом деле ничего особенного собой не представляло. Отчасти именно это его и нервировало, хотя он знал, что будут парни в еще более откровенной одежде.

      Он немного скучал по своей кожаной сбруе. Странно, но она стала для него, своего рода, символом безопасности: напоминала, где он находится, и всем своим видом говорила, что он здесь на своем месте. К тому же она помогала следить за осанкой. Забавно, но каждый раз, когда Сэр проходил мимо, плечи Никки немного расправлялись. Он все больше и больше хотел угодить Сэру.

      Боже, Никки. Сосредоточься. Почему это так сложно?

      Он на секунду закрыл глаза, мысленно покачав головой.

      Глубоко вдохнул, медленно выдохнул и попытался сосредоточиться.

      - Отлично, мой мальчик.

      Он улыбнулся. Сэр ничего не упускал из виду.

      - Спасибо, сэр.

      За две недели, прошедшие с той ужасной ошибки, которую он совершил в их совместной сцене, Сэр занимался с ним, разбирая основы - как в процессе самих сцен, так и вне их. Иногда это происходило в рамках договоренности на вечер или день, а иногда - просто на кухне за завтраком. Они обсуждали, как можно учиться откладывать собственные потребности на второй план во время служения и вместо этого пытаться предугадывать желания Сэра.

      Ему это нравилось. Доверие. Обучение, ошибки и радость от осознания того, что его простят. Он все еще не понимал, почему его тянет к кресту и к боли от инструментов Сэра, но тяга была неоспоримой. А то состояние, в которое он погружался мысленно, дарило ощущение безопасности. Свободы. Почти эйфории. Сэр сказал ему, что понимание придет, что это займет время, но они найдут его вместе.

      И это его вполне устраивало. Никки верил ему.