— Буду выяснять, что там за поселение такое. У меня ни карт, ни координат центров, которые работают с населением. Надо выяснить, где вообще этот приют находится. Когда мой брат сбежал? Один или нет? Где мой планшет?

Встав с дивана, я неуклюже похромала в спальню.

Кровать оказалась застелена. На ней стопками лежал мой скудный гардероб. Взглянув на него, я вдруг осознала, что, кроме вещей, у меня ничего и нет-то. Ни картин, ни фоторамок. Ничего, что можно было назвать хобби. Как-то действительно убого выглядела моя жизнь в вещах.

На плечи легли тяжёлые мужские руки.

— Что застыла? Одевайся и к столу. Будем нормализовывать твоё питание. Прописываю пятикратный приём пищи, без пропусков.

Кивнув, я обернулась к нему:

— Почему ты не отвечаешь про корабль, Далам? Прямого рейса домой нет, да?

— Если ты ещё не поняла, Яла, то ты уже дома, — он нежно коснулся губами моих волос. — Наконец-то дома. Всё остальное... дай срок две недели — и узнаешь. Если твоя мать и брат в той дыре на Япете, то мы их найдём. Но, прелесть моя, я не для того тебя на руках ношу, чтобы оставить в той свалке, что зовётся человеческим поселением. Или мы забираем их и перевозим сюда, или ты держишь с ними связь, и они прилетают в гости к нам. Третьего не дано.

— Но...

— Не дано, Яла. Только на этих условиях я помогаю тебе. И, пресекая все попытки меня задвинуть, сообщу сразу: никто из семьи не станет со мной ссориться и действовать за моей спиной. Поняла?

Я тяжело выдохнула и кивнула.

В конце-то концов он не имеет права не позволить мне остаться с мамой и Элашем. И всё равно мне, в какой дыре по итогу они обитают. Главное, что мы будем вместе.

Глава 18

Две недели. День за днём я оставалась в неведении. Самостоятельно пыталась изучить маршруты, но слишком быстро поняла, что самой до Солнечной системы мне не добраться. Рейс прямой был. Крейсер шёл до порта Юпитера. Но цена там была такая, что моя карта и сотой частью этой суммы порадовать меня не могла.

Да и лететь месяц. Одна на корабле. И ясно, что отдельную каюту мне не выкупить, а с кем заселят — непонятно. Но даже это было не самым страшным. Как выяснилось, долететь до Юпитера — самое простое дело, а дальше — тупик. На Япет летели только частные корабли.

Как туда вообще мама попала — и опять непонятно.

Скорее всего, устроилась на один из десятка заводов, что там разгребали промышленные отходы. Нет, не мусор, а всевозможную технику, разбирая от планшетов до кораблей.

Но меня, без гражданства, с увечьем, дальше порта Юпитера никто не выпустит.

Скорее всего, Далам это уже выяснил, поэтому и молчал. Да, я была готова на стены лезть от безысходности.

Схватив планшет, отправилась на кухню.

Только оказавшись в доме Далама, я сообразила, что все эти два года не делала абсолютно ничего. Ну, разве что убираться помогала тёте Розе. Но это такая мелочь.

Так стыдно за себя стало. Они меня не просто приютили, а как к дочери относились. Пылинки с меня сдували. Я не готовила, не стирала. Во дворе ничем не занималась.

Как цветочек в оранжерее.

Теперь всё было иначе. Далам, конечно, как и любой сакали, мог заткнуть за пояс домохозяйку из Солнечной системы, но чем дольше я находилась рядом с ним, тем острее чувствовала, что он отличается от некровных братьев.

Сдержанный. Его видимая простота — лишь маска. Он никогда не говорил и не делал ничего просто так.

В доме хоть и поддерживал порядок, но с радостью отходил в сторону, стоило мне заявиться в комнату с тряпкой в руках.

Но готовил вкусно.

Дохромав до дивана, я подняла упавшую со спинки мужскую рубашку. Да, вещи он раскидывал, как и любой мужчина в моём понимании.

Я так и не поняла, кто мы друг другу. Близкие друзья? Или он тот, кто по закону семьи опекал меня до тех пор, пока не объявится действительно жених? Если после всего, что я пережила, хоть кто-то на меня, конечно, как на женщину вообще посмотрит. Но он настойчиво забирал меня из постели на свой диван, укладывая рядом.

При этом я могла сколько угодно протестовать — не слушал. Обнимал и засыпал или устраивался у меня в ногах и работал, поглаживая через одеяло по бедру.

И как всё это было понимать — неясно.

— Яла, ты стоишь посередине гостиной с моей рубашкой, — раздалось от двери.

Вздрогнув, я шкодливо завела руки за спину.

— А ты из космопорта? — спросила первое, что в голову пришло.

Хотя только об этом и расспрашивала его вот уже две недели как.

— А откуда мне ещё быть? Есть что поесть?

— Да, — я радостно закивала. — Овощи с мясом потушила. Позвонила Дупелу — и он объяснил, как.

— А почему не мне? Я бы рассказал.

— Ну и какой бы это тогда был сюрприз? — Я развела руками, но, сообразив, что всё ещё сжимаю его рубашку, развернулась и медленно отправилась в небольшую прачечную. — И вещи я свои уже сложила. Свитер нашёлся и несколько толстовок. Так что зря ты наговаривал на мой гардероб, друг милый.

Он обогнал меня и, выхватив свою вещь, закинул её через дверной проём на стиралку.