– А ещё есть Мария, – в конце концов добавляю я.

Билли напрягается при упоминании моей бывшей жены.

Когда она поднимает подбородок и смотрит на меня, мне совсем не нравится, к чему всё это идёт.

– Что происходит, Билли?

Словно ей хочется вырваться из разговора и из машины, она пытается слезть с моих колен. Я кладу руки ей на бёдра, удерживая её на месте.

– Поговори со мной. Пожалуйста.

– Я не хочу создавать проблем. Наверное, это ерунда.

Моя рука снова оказывается у неё под подбородком.

– Этого мне недостаточно. Я хочу знать всё, что у тебя здесь происходит, – я постукиваю её по виску. – Каждую. Чёртову. Мысль.

Нежные пальчики теребят мой хенли.

– Не думаю, что я так уж сильно нравлюсь Марии, и это стало особенно очевидно с тех пор, как я вернулась из Остина, – она смотрит мне в глаза, в них бурлит океан мыслей. – У меня всегда было впечатление, что Мария думает, будто между нами что-то есть. Я почувствовала это в тот раз, когда вы приезжали на Рождество перед моим отъездом в университет, и это окончательно подтвердилось, когда ты сказал, что она обвинила тебя в флирте со мной, – она прикусывает губу. – Я не разлучница, Эммет. Конечно, я думала, что ты был сексуальным, когда я была моложе, но мы всегда были только друзьями.

Я беру её руку в свою, целую её ладонь, а затем кладу её поверх своей татуировки.

– Мы всегда были друзьями, Билл, и всегда ими будем. Я сам разберусь с Марией. Какие бы выводы она ни делала о нас, они не имеют ничего общего с правдой. Ты знаешь это, и я знаю. И это всё, что действительно важно.

– Кроме тех случаев, когда она бросает на меня убийственные взгляды за столом.

Слова Билли ранят меня, потому что мысль о том, что кто–то, даже Мария, может быть с ней груб, заставляет меня хотеть разнести всё к чёрту. И ещё потому, что я понимаю, что шансы на то, что мы все снова сядем за один стол после того, как я скажу Скотту, что я уложил в постель его дочь после того, как поддерживал его семью финансово, равны нулю.

– Пообещай мне, что всё будет хорошо? – Билли просит меня сделать невозможное. Не потому, что я сомневаюсь в нас, а из-за всего вышеперечисленного.

Я целую её, позволяя её губам успокоить нас обоих.

– Я обещаю, что всегда буду рядом с тобой и Блейк. Что я буду заботиться о вас и буду рядом, когда ты будешь нуждаться во мне больше всего. Я обещаю, что я совсем не такой, как Такер Прайс, и что у моей бывшей жены никогда не будет шанса свалить всё это на тебя или солгать о том, что было между нами в прошлом. И я обещаю, – я тяжело вздыхаю и наполняю легкие воздухом. – Сегодня ночью, когда наша малышка уснет и только звезды будут освещать чистое ночное небо, я заставлю тебя прочувствовать каждую клятву, которая только что слетела с моих губ.

ГЛАВА 35

ЭММЕТ

Перед тем как умерла моя мама, я помню, как она говорила, что по-настоящему поняла смысл слов своей матери только тогда, когда у неё появились мы с Бо. Бабушка говорила, что рождение ребенка равносильно тому, чтобы глубокой ночью тебя вытащили из теплой постели и окунули в ледяную воду.

Никто и ничто не сможет подготовить вас к самому большому потрясению, которое вы когда-либо испытаете, как морально, так и физически. Никто и ничто не может подготовить тебя к самому сильному потрясению в жизни – ни морально, ни физически. Ни один ребёнок не рождается с подробной инструкцией, как его правильно растить, как наилучшим образом обеспечить его счастье и безопасность. Каждый родитель действует вслепую, почти без сна, а многие женщины ещё и восстанавливаются после тяжёлых родов.

Эти последние два дня стали для меня личной «ледяной водой» и одновременно позволили мне увидеть повседневную жизнь Билли изнутри.

Сегодня утром я закрепил Блейк у себя на груди, и мы отправились в поход по Катскиллским горам. Несколько часов наедине с природой и моими девочками стали одними из лучших в моей жизни – и одновременно одними из самых поучительных.

Никто не предупреждает, что даже в горах ребёнку всё равно нужно есть, его нужно переодевать, и что поиск ровного места, чтобы устроить всё необходимое, может занять гораздо больше времени, чем ты ожидаешь.

Смена подгузника Блейк оказалась задачей для двоих, но Билли справлялась с этим так легко, будто это что-то совершенно естественное для неё.

Когда она сидела у меня на коленях, и мы решили быть вместе, я был поражён своей девушкой. Теперь я не сомневаюсь, что она – самая сильная женщина, которую я когда-либо встречал.