Я изучаю её некоторое время, гадая, к чему всё это, чёрт возьми, клонится.
– Тебе правда кажется, что между нами четырнадцать лет разницы? Потому что, кроме моего ноющего колена и седеющих волос, – я прищуриваюсь, глядя на неё. – Вместе с деревянными монетами в моём кошельке…нет ощущения, что мы родились в разные десятилетия.
Она склоняет голову набок, и я терпеливо жду её ответа, сердце бьется намного быстрее, чем раньше.
– Да, вообще-то, это правда. Ты можешь быть довольно незрелым.
Я начинаю щекотать её за рёбра, и она откидывает голову на подголовник, вцепляясь в мою чёрную хенли и отчаянно умоляя дать ей передышку.
– Ладно, ладно! – умоляет она. – Ты седовласый красавчик и настоящий джентльмен, – она прикусывает нижнюю губу, в её красивых зеленых глазах заплясали озорные искорки. – Как в спальне, так и вне её.
Мои джинсы натягиваются, потому что я возбужденный ублюдок из-за Билли Куинн и её дерзкого ротика.
– О чем ты собиралась спросить меня, прежде чем вбила себе в голову мысль о нашей разнице в возрасте?
Её раскрасневшиеся щеки стали такими же пунцовыми, как и прошлой ночью, когда я вызвал у неё третий оргазм. Мы идеально подходим друг другу в постели, потому что Билли любит кататься на мне верхом, и я не могу оторвать глаз от её прекрасной фигуры.
Мой план позволить ей оседлать моё лицо, как только Блейк уснёт.
Она мгновение колеблется, и я расстегиваю её ремень и сажаю к себе на колени.
Запустив пальцы в мои волосы, Билли смотрит на меня сверху вниз.
– Я думала, мы должны были быть на месте к обеду?
– Это важнее, – выпаливаю я в ответ, нажимая кнопку подогрева её сиденья. – Спроси, что изначально хотела, или я никогда больше не закажу пиццу с ананасами.
Она прижимается своим лбом к моему.
– Вы нарываетесь на неприятности, мистер Ричардс.
Мой член дергается.
– Задавай свой вопрос, или мы возвращаемся наверх.
Билли медленно выдыхает.
– Кто мы друг другу, Эм?
Откидывая голову назад, чтобы получше разглядеть Билли, я беру её лицо в ладони.
Столько чертовой красоты.
Глубоко внутри я знал, что этот момент настанет – неважно, кто задаст вопрос, я или она. В какой-то момент каждый хочет понять, на каком он месте в отношениях с другим человеком.
Когда этот момент наступил с Марией, наши разговоры в основном вращались вокруг хоккея и того давления, которое он оказывал на нас. Опасности для моих отношений с Марией и близко не стояли рядом с теми минами, с которыми столкнемся мы с Билли. Например, боль и предательство, которые почувствует мой лучший друг, когда мы в итоге откроемся миру. И ярость моей бывшей жены, которая, скорее всего, вспыхнет, когда она узнает, что я влюбился в дочь её лучшей подруги.
Несмотря ни на что, Билли и её малышка – это не просто то, чего я хочу в своём будущем; это единственный возможный путь, который я для себя вижу.
Ещё один поцелуй в её припухшие губы вырывает у меня признание, произнесенное шепотом.
– Нам чертовски хорошо вместе. Вот кто мы.
– Но... – она мягко массирует пальцами мою кожу головы. – Когда ты говоришь “
вместе
”, ты на самом деле имеешь в виду, что мы встречаемся, или мы застряли в...
– Ты моя девушка, мамочка, – я прерываю её тревожный поток мыслей. – Если ты тоже этого хочешь, тогда я твой.
Она прижимается своими губами к моим, и мне кажется, что четвертое июля только что наступило раньше срока. Её голос звучит жизнерадостно, почти легкомысленно, когда она выпаливает:
– Я не могу поверить, что мы делаем это. Ты, я и Блейк. Мы правда дадим нам шанс.
Я сгораю от желания сказать ей, что для меня это не “шанс”, хотя я полностью понимаю, почему она так рассматривает наши отношения.
– Могу ли я опубликовать в своих социальных сетях нашу совместную фотографию и сообщить миру, что я официально встречаюсь с самым популярным хоккеистом НХЛ?
Я снимаю очки и надеваю их ей на лицо. Господи, она выглядит в них чертовски мило. Особенно когда на её лице моя любимая улыбка.
– Когда мы вернемся домой, я хочу поговорить со Скоттом и Фреей.
При этой мысли Билли закусывает губу, и я снова беру её лицо в ладони.
– Я должен расхлебывать этот бардак, Билл. И я несу ответственность за последствия.
Она качает головой, глядя на меня.
– Я хочу этого так же сильно, как и ты, и это значит, что мне нужно быть там, когда ты будешь разговаривать с моими родителями.
Моя девушка становится ещё милее, когда упрямится, даже если она ошибается. Нет ни малейшего шанса, что она могла бы хотеть нас так же сильно, как я. Я, чёрт возьми,
помешан на ней,
и я с радостью и честью буду носить этот ярлык.
– Я понимаю…правда понимаю. Но поверь мне, твои родители захотят меня убить за это, и им понадобится время, чтобы переварить тот факт, что я…
Слова застревают у меня в горле, обжигая изнутри, потому что их нужно произнести вслух.