— Пусть рассматривает, — Козлов откидывается назад, разводя руки. — Альтернативы нет. Я контролирую поток из Восточной Европы. Беженцев, перемещённых лиц, тех, кого никто не замечает, когда они исчезают. Они проходят через меня или не проходят вообще. Ваша докторша это знает. Конечно, вы можете подумать, что сможете получить это от своего собственного народа, но после последнего правительства, боюсь, вы больше не можете этого делать. За вами следят. Весь мир следит.

Мои руки не дрожат, пока я записываю, но внутри что-то кричит от ярости. Вот оно! Это доказательство, которое мы искали. Связь между «Глобал Динамикс», операцией Козлова по торговле людьми и тем кошмаром, который они устраивают в своих лабораториях.

Вот что случилось с людьми, которых обнаружил Капур.

Мне нужно подобраться ближе. На столе перед нервным человеком стоит ноутбук, и я вижу, как он открывает файлы, показывая Козлову что-то на экране. Возможно, грузовые манифесты. Записи. Если я смогу получить доступ к этим данным…

— Байо, — шепчу я. — Мне нужно попасть в эту комнату. Там ноутбук с файлами.

Пауза.

— Это не разведка, Мия. Это похищение. Другой уровень риска.

— Да, я знаю, что это такое, — раздражённо отвечаю я.

— Ты в меньшинстве и хуже вооружена. Если они заметят тебя…

— Тогда я справлюсь, — я уже двигаюсь, ползу к вентиляционной решётке, которая выведет меня ближе всего к конференц-залу. — Я проделала весь этот путь не для того, чтобы уйти с пустыми руками.

— Мия, послушай.

— Четыре минуты, ты сказал. Если я позову, вы придёте. Таков уговор.

Он бормочет кучу едва разборчивых ругательств на смеси йоруба и английского. Затем вздыхает.

— Принято. Будь осторожна.

— Я постараюсь.

Вентиляционная решётка поддаётся с тихим скрежетом металла. Я осторожно отодвигаю её в сторону и спускаюсь через проём, повисая на кончиках пальцев, прежде чем бесшумно приземлиться на стопку ящиков.

Отсюда мне лучше видно происходящее. Ноутбук примерно в двадцати метрах от меня, частично скрытый массивной фигурой Козлова. В непосредственной близости четверо охранников, плюс Марш и нервный мужчина. Марш, по крайней мере визуально, не вооружён, но его люди почти наверняка при оружии.

Нужно отвлечь их внимание.

Мои глаза сканируют помещение, оценивая варианты. На дальней стене — электрический щиток, есть система пожаротушения…

Один из людей Козлова поднимает голову.

Прямо на меня.

В течение одного застывшего удара сердца мы смотрим друг на друга. Его глаза расширяются. Рот открывается.

Я стреляю ему в горло.

Время действовать.

Глушитель на моём «Глоке» дважды приглушённо щёлкает, мужчина падает без звука, но ущерб уже нанесён — остальные охранники оборачиваются, уже тянутся к оружию, и моё прикрытие полностью провалено.

— Контакт! — кричу я, спрыгивая с ящиков, пока вокруг меня раздаётся стрельба. — Меня заметили! Множество противников!

— Эвакуация в пути, — трещит голос Байо. — Четыре минуты, Мия. Оставайся в живых.

Четыре минуты. Я справлюсь.

Ныряю за погрузчик, пока пули вспахивают бетон там, где я только что стояла. Два охранника продвигаются в мою сторону, действуя профессионально слаженно. За ними я вижу, как Козлова уводят через чёрный выход, пока Марш хватает ноутбук.

Нет. Он нужен мне!

Я выскакиваю из укрытия, стреляя на ходу. Первый охранник получает две пули в грудь — в бронежилет, он шатается, но не падает — и я корректирую прицел, отправляя третью пулю ему в левый глаз. Он валится на землю.

Второй охранник оказывается быстрее, чем я ожидала. Он настигает меня прежде, чем я успеваю перегруппироваться, его рука смыкается на моей вооружённой руке, и внезапно мы сцепляемся, моя спина с силой ударяется о опорную балку, так что у меня лязгают зубы.

Он крупный, сильный и обученный.

Но я лучше.

Опускаю вес тела, позволяя коленям подогнуться, и когда он наклоняется вперёд, чтобы компенсировать это, вгоняю локоть ему в горло. Он задыхается, хватка ослабевает, и я вырываюсь, вытаскивая один из своих ножей из ножен и одним плавным движением вонзая его между рёбер. Лезвие скребёт по кости, когда я направляю его вверх, к сердцу. Его глаза расширяются в замешательстве, словно он не может до конца поверить, что эта маленькая женщина только что убила его.

Они никогда не верят в это. Пока не лежат, истекая кровью на полу.

Я вытаскиваю нож и продолжаю двигаться. Марш исчез через боковую дверь, забрав с собой ноутбук, но у меня нет времени его преследовать — с восточной стороны приближаются ещё два охранника, и где-то в глубине склада слышны крики на русском.

— Байо, мне нужен выход, и немедленно! — кричу я.

— Да. Хорошо. Э-э… погрузочная платформа, пятьдесят метров на северо-восток. Кэт меняет позицию.

Я бегу. Бегу как одержимая.