Я радовалась дождю, потому что теперь снова можно было свободно ходить по лагерю и навещать остальных.

Но моя радость оказалась недолгой, когда Серое Перо велел нам явиться в своё типи.

Когда мы вошли, Серое Перо сидел вместе с Земным Медведем, Марселиусом и несколькими сильнейшими воинами племени. На его коленях лежала церемониальная трубка, а воздух был наполнен ароматным дымом, ясно давая понять, что до нашего прихода здесь держали совет.

— Входите. Садитесь, — хрипло произнёс Серое Перо.

Мы с Романом сели рядом друг с другом лицом к вождю.

— Разведчик сообщил, что кайова совсем рядом. Он выяснил, где они находятся. Хватит с нас того, что нас гоняют, словно добычу. — Серое Перо резко рассёк воздух своей морщинистой рукой.

Несколько мужчин с суровыми лицами молча кивнули.

— Завтра, ещё до рассвета, мы найдём их и устроим засаду. Мы положим конец их тирании! — Серое Перо вскинул кулак.

Воины сделали то же самое, выкрикивая слова поддержки.

Роман тоже поднял кулак.

Я в ужасе отшатнулась.

— Роман! Ты же не можешь идти сражаться.

Роман нахмурился и посмотрел на меня.

— Что значит — не могу? Мы с братом обязаны идти. Мы гладиаторы и справимся со всем, что кайова бросят против нас. Ты сама знаешь, насколько мы оба искусны в бою.

Я покачала головой.

— В племени и без вас достаточно воинов. Тебе незачем идти. У меня очень плохое предчувствие.

— Что с тобой, Маленькая Луна? Почему ты против? — спросил Серое Перо, пристально глядя на меня.

— Я просто не хочу, чтобы с Романом что-нибудь случилось. Да и вообще… ни с кем из вас. — Я обвела рукой мужчин, сидевших вокруг, надеясь, что не выгляжу истеричной. Беременность делала своё дело, превращая мои эмоции в настоящие американские горки.

— Решение принято. — Серое Перо с силой ударил посохом о землю. — Мы выступаем до восхода солнца. Нам предстоит день пути, но двигаться будем, словно призраки. Они не будут нас ждать.

Охваченная страхом, я повернулась к Роману и схватила его за рукав.

— А если я больше никогда тебя не увижу? — прошептала я.

— Оливия, пожалуйста, не говори так. Тебе нечего бояться. Преимущество на нашей стороне — у нас есть ружья, копья и любое оружие, какое только можно пожелать. Всё будет хорошо. — Он не отводил от меня взгляда. — Ты знаешь, что я человек чести. Я вернусь к тебе. Даю слово.

На его лице появилась успокаивающая улыбка.

Но мои челюсти были крепко сжаты, и я лишь покачала головой.

— Оливия, — тихо, но твёрдо сказал Роман. — Я пойду. Мы обязаны сделать это ради племени. Танцующий Огонь хотел бы именно этого. Он настоял бы, чтобы мы защитили свой народ.

— Если тебя это хоть немного успокоит, Маленькая Луна, — произнёс Серое Перо, — сначала мы попытаемся заключить мир.

Это действительно звучало лучше.

Но тревога, поселившаяся в моём сердце, никуда не исчезла.

До конца дня я почти не возвращалась к этому разговору, но ночью страх окончательно взял надо мной верх. Я долго ворочалась рядом с Романом, надеясь, что не разбужу его.

Посреди ночи чья-то рука осторожно коснулась моего плеча.

— Оливия, — тихо позвал Роман.

— Что?.. А?.. — Значит, я всё-таки заснула. — Уже пора?

Я села, протирая сонные глаза.

Роман сидел передо мной на корточках. Его лицо освещало красноватое сияние раскалённых камней в нашем очаге. На щеках были нанесены красные и чёрные боевые узоры, придававшие ему свирепый вид.

— Да, любовь моя. Но совсем скоро я вернусь к тебе. Уверен, всё закончится быстро.

— Тогда почему ты одет как воин, а не как человек, пришедший заключить мир? — спросила я, чувствуя, как тревога всё сильнее сжимает моё сердце.

— Это всего лишь символ, не более того. Не переживай. Обещаю, я вернусь к тебе целым и невредимым, — сказал он. — Удача на нашей стороне… Луна почти полная и будет освещать нам путь. Они не ожидают нашего появления. И помни: я иду защищать тебя и нашего ребёнка.

Он ласково провёл рукой по моему животу поверх толстой меховой накидки.

— Я просто… я просто… — Я прикусила язык. Не стоило провожать его, наполненную страхом и тревогой. — Береги себя. Возвращайся ко мне скорее.

Я заставила себя улыбнуться.

— Вернусь, — ответил он. — Держи кинжал при себе. Всегда.

Я похлопала себя по бедру поверх мехов.

— Всегда. И кинжал, и пистолет — со мной.

Он быстро поцеловал меня и уже собирался уйти.

Но вдруг внутри меня вспыхнуло отчаянное желание удержать его. Я схватила Романа за руку и потянула к себе.

Он опустился рядом со мной на колени.

— Не уходи. Ещё немного…

На глаза навернулись слёзы. Я обвила рукой его шею и притянула к себе.

Когда наши губы встретились, я прижалась к нему всем телом, чувствуя, как по моим венам разливается мучительное отчаяние. Я не хотела отпускать его. Хотела, чтобы он остался рядом.