– Это я так, на всякий случай! Мало ли, может, ты в них ничего не смыслишь. Еще потеряешься, забредешь не туда, а мне потом от дел отвлекаться, да провожать до нужной аудитории.

– Просто признайся, что самому хочется отвести меня, чтобы все видели, как мы вместе идем по коридорам Академии, - широко улыбнулась я, глядя на Хока.

– Ну, – замялся он, – и это тоже. Ну интересно ведь, какая у всех реакция-то будет!

– Так и знала! – довольно воскликнула я.

– Ой, иди уже, приводи себя в порядок! У нас в запасе еще полтора часа имеются, – смешно фыркнул котик, вильнув хвостами.

И я пошла… недалеко. Ванная, благодаря хранителю, находилась у меня в комнате, поэтому, умывшись, как следует, кое-как расчесала непослушные волосы, которые и правда стали одним сплошным колтуном, вышла обратно в комнату.

На кровати меня уже ждала ученическая форма: белая, накрахмаленная рубашка с длинными рукавами и перламутровыми пуговками, темно-синий пиджак с нашивкой АС и эмблемой моего факультета; по краю, чуть светясь голубоватым светом, тянулись тоненькие ленточки, обрамляя ворот и манжеты, пуговицы, как и на рубашке – перламутровые, такого же цвета, как и пиджак, брюки и в заключение к этому всему – удобные черные туфли на невысоком каблуке.

– Ух ты! – выдохнула я, разглядывая форму. – Вот в этом я пойду на занятия?

– А что, есть возражения? – хитро сощурившись, поинтересовался Хок, расставляя мой завтрак на столе.

– Что ты, нет, конечно! – тут же воскликнула я. – Она очень красивая!

– Тогда, давай, живенько переодевайся и садись завтракать. Я уже почти накрыл, – довольно муркнул он, расстилая беленькую салфеточку и ставя на нее тарелку, а по краям ложку, вилку и нож. Налил что-то в кружку, а затем кинул в нее что-то сверху.

Решила не заставлять его и ждать и быстренько начала переодеваться в новую форму.

Мягкая, удобная, и так приятна к телу, что я сама чуть не замурлыкала от удовольствия!

– Так, давай, садись на стул и начинай кушать, а я тебе пока волосы заплету, – предложил Хок, беря в лапы расческу.

– Ты и это умеешь? – натурально изумилась я, округлив глаза до размера небольшого блюдца.

– Я же говорил, что много чего умею, – хохотнул котик. – Давай, садись.

Молча подчинилась и присела на стул.

На столе уже ждали: непонятно из чего сваренная белая каша с кусочками каких-то, неведомых мне, фруктов, чай с непонятной зелененькой травкой на поверхности кружки (видимо, именно ее-то Хок и закинул, нужно будет позже узнать, что это такое!), суфле из взбитых сливок и небольшая булочка, посыпанная сахарной пудрой.

И вот, пока я все это быстренько уминала, Хок что-то там творил с моими волосами, но, что удивительно, ни разу не сделал мне больно! Ни разу, пусть и случайно, не дернул за волосы, не сказал, что они непослушные и их вообще сложно заплетать. Он просто стоял и, что-то мурлыча себе под нос, спокойненько их заплетал.

Минут через десять, когда с завтраком уже было покончено, а Хок заправлял последний локон в прическу, он, наконец, произнес:

– Ну все, Дарина, принимай работу!

И такой он довольный был, что мне стало жуть, как любопытно, что же он там такое сотворил, и я быстренько направилась в ванную, где висело зеркало.

Глава 14,1

Сказать, что я была изумлена, значит, вообще ничего не сказать! Мои темно-русые волосы стали еще на один оттенок темнее, но зато теперь они выглядели более здоровыми и сильными! А что за прическа!

Волосы заплетены в красивую, замысловатую косу с разными завитушками.

По бокам, от висков тянулись совсем тоненькие косички, в количестве трех штук с каждой стороны, затем на затылке, куда и стягивались маленькие косички, красовалась уже большая. Но она была не классической, к какой я больше всего привыкла, а какой-то странной, сложной! Множество плетений и непонятно, что и куда идет! С краев от большой косы тянулись еще по две маленькие и переплетались между собой, словно обволакивая центральную, а в конце соединяясь с ней в одну – единую косу. Красота!

– Хок, – выдохнула я, не веря собственным глазам. – А как это ты? А как у тебя?.. Это же просто чудо какое-то!

– Ловкость лап и никакого мошенничества, Дарина, - хохотнул он, крайне довольный своим трудом и моей реакцией.

– Ты прелесть! Как же я тебя люблю! Ты же самый лучший котик в мире, о котором можно только мечтать!

– Ну, вот другие пусть и мечтают, а я у тебя уже есть и никуда уходить не собираюсь, – промурчал он, довольно щурясь и виляя хвостами.

– А я тебя теперь никуда и не отпущу! – клятвенно заверила его, еще и кивнув для пущей убедительности.

– Ладно, хватай сумку с учебниками, расписание и про карту не забудь, потому что после первой лекции до остальных аудитория ты уже будешь добираться самостоятельно. Я бы, может, и рад тебя везде сопровождать, но дела Академии не терпят отлагательств, Дарина.

– Хорошо, я сейчас, погоди минутку.

И шустро выскочила из ванной, хватая все, что сегодня пригодится: сумка с учебниками, расписание и карта.