– Что здесь происходит? – произносит вновь вошедший бархатным баритоном.

Перевожу взгляд в сторону двери и забываю, как дышать.

Высокий. Тёмные волосы, синие глаза, загорелая кожа, резкие скулы, уверенная линия рта – ни одной мягкой черты.

Стоит спокойно, даже расслабленно, но поза напряжённая, хищная. К тому же у него давящая аура, заставляющая дышать через раз.

Этот принц Чарминг, дубль два, мне не нравится. Вот абсолютно.

Он обнимает блонди за талию, и та прячет лицо на его широкой груди.

Тошнотворная картина. Неудивительно, что Лиму здесь буллили. Если уж твой жених смотрит на тебя как на ничтожество, остальные быстро понимают, что это дозволено.

Буллили с молчаливого согласия её «жениха».

– Ничего не происходит, – вздыхает ректор, откидываясь на спинку кресла. – Очередная... – он морщит нос, барабаня длинными пальцами по столу, – драка с участием вашей невесты.

Синие глаза впиваются в меня, и я отстранённо замечаю, что у нас цвет глаз с ним одинаковый.

– Понял. Обязательно переговорю с... невестой, – цедит сквозь зубы.

А я смотрю на него, потом на его прилипчивую блонди, и понимаю, что передо мной обычный властный кобель. Нет, не так. Обычный… властный дракон.

Не то чтобы мне доводилось сталкиваться с подобными экземплярами, но одного описания Лимы хватило, чтобы сложить о нём мнение. Он ненавидит свою навязанную невесту.

– Пошли, – он отдирает от себя девушку и, смотря в мои глаза, медленно поворачивает голову в сторону двери.

На секунду мне становится страшно. Ведь он не только жених Лимы, на которого молятся её родители, но ещё и тот, от которого зависит её академическая жизнь. Судя по его взгляду, он ожидает от невесты покорности. Ни капельки не сомневаюсь, что Лима была покорной. Но я-то не она. К слову, он даже не заметил, что мы с ней отличаемся.

– Ты плохо слышишь? – он выгибает смоляную бровь.

Присутствующие в кабинете, кажется, стараются не дышать.

Разумнее всего, внять его приказу и покорно зашагать к двери, но... у него слишком наглая морда. А с такими, боюсь, нормального диалога не построить.

– И не подумаю, – выдыхаю я, скрестив руки на груди. – Нам с тобой не о чем разговаривать.

Его брови полезли наверх.

Девчонки ахают и начинают изумлённо переглядываться.

– И потом… – я смотрю на его нос, потому что, посмотри я в его синие глаза, у меня бы задрожали колени, – я думаю, что нам пора расстаться. Ты мне изменил с этой…

– Ах ты… – шипит блондинка.

Но дракон резко поднимает ладонь, и та умолкает.

– Продолжай, – властно проговаривает он.

Я открываю рот, чтобы ответить, но краем глаза замечаю единорога, стоящего в углу ректорского кабинета, и гулко сглатываю.

Он просто стоит. И косится в мою сторону лазурным глазом.

У меня… галлюцинации?

Глава 5

Взгляд дракона буравил меня, пока я пялилась на единорога и дышала через раз.

Моё самообладание начинает медленно трещать по швам. Я вдруг понимаю, что оказалась в чужом, враждебном мире, и меня принимают за девушку, которую ненавидят все, кому не лень.

В своём мире меня недолюбливала только мачеха со сводными сёстрами. А папа… какими бы ни были наши с ним отношения, я всегда могла обратиться за поддержкой.

А сейчас меня будто загнали в угол и сверху накрыли стеклянной крышкой…

Что мне делать?

Я одна. Совершенно одна.

Опускаю взгляд, ощущая, как начинают трястись ладони.

Меня накрывает паническая атака.

– Что с ней?

Слышу голос одной из девиц, но никак не реагирую.

Меня трясёт. В буквальном смысле. И в носу щиплет. Кажется, я сейчас позорно расплачусь на глазах у всех.

В следующую секунду меня бесцеремонно хватают за плечи и… выталкивают из кабинета. Не успеваю возмутиться, как этот дракон ставит меня на ноги и толкает к стене.

– Что ты… – шепчу, ощущая, как сердце от страха стучит где-то в горле.

Синие глаза дракона прищуриваются, и от этого сканирующего взгляда становится не по себе.

– Опять ты за своё? – цедит он. – Решила… – он замирает. Смоляные брови ползут вверх, и ноздри начинают трепетать. – Ты… что сделала со своей аурой? – хрипит, уперев руку в стену где-то над головой.

Не могу выдавить из себя и слово. Хотя мне есть что сказать.

– Лимелия! – рычит он. – Я жду ответа.

– Какого? – нахожу в себе силы выдавить.

– Впрочем, неважно, – цедит он, и на его скулах ходят желваки. – Моя семья пригласила твою семью на ужин. Сообщат твоим родителям о расторжении помолвки, – говорит, смотря на меня как на ничтожество.

Повисает тишина.

Значит, теперь у Лимы нет жениха. Не то чтобы был от него толк, но…

Чёрт.

Отец и мачеха Лимы быстренько найдут ей нового жениха. Всё, как она и говорила. Вот только… на её месте теперь я. А значит, выдавать замуж будут меня.

Мне стоило диких усилий, чтобы не завопить от отчаяния.

Не сейчас. Не при враге.