Двадцать лет назад шаманка, гомерически смеясь, бросила в темноту: «Нет в крае человека, способного бороться с духами, что вьют над этой девкой. А вот если злой человек придет…»

ХЭ!!!!

_________

СЮДА ЖЕ ВХОДИТ И "УКРАДЕННАЯ НОЧЬ" -

– Я не пущу тебя к нему на зону.

Так заявила мне нянюшка два месяца назад.

А сегодня выдала:

– Арбатова выпустили, в новостях сказали. Выглядит он ужасно злым.

Я притихла.

– И точно тебе говорю – тебя он ищет… Точнее, к тебе едет.

– Сейчас едет? Уже?..

Скрестив руки на груди, няня не без иронии произнесла:

– А ты думала, девочка, бегать от него будешь? Он отец твоего будущего ребёнка.

– И… что ему надо?

Ответ лежал на поверхности.

– Что-что… Свататься будет.

ПРИЯТНОГО ЧТЕНИЯ!

8. глава 3

ГЛАВА 3

Сознание Касьяна медленно возвращалось из какого-то густого, темного тумана. Он слышал собственное сердцебиение, громкое, неровное, отдававшееся в висках. Сквозь этот гул до него донесся голос матери, будто из-под толстого слоя воды.

Проводит он эту Янину… Куда он денется, раз вписался.

В прихожей послышались быстрые шаги. Звякнул набор ключей, упав в металлическое блюдо на консоли.

Отец пришел раньше.

– Валид.

Мама устремилась к нему. Янина сделала пару шагов в сторону и вцепилась пальцами в край светлого свитера.

Касьян продолжал за ней наблюдать. Он говорил себе, что так надо. Да-а, надо…

– Янина.

Отец подошел к девчонке, и они познакомились. Она смущенно улыбнулась, говоря приветственные слова.

Касьян прищурился. Что-то во всем этом не складывалось у него. Не создавалось целостности картины.

Родители еще что-то говорили. Янина отвечала. Отец приобнял мать за талию. Касьян едва заметно усмехнулся одним уголком губ. Кто-то по кому-то явно соскучился.

– Предлагаю через час встретиться за ужином.

– Поддерживаю. Касьян, так ты проводишь Янину в комнату?

– Мам… – Он сделал характерную паузу.

Софья Маратовна взмахнула руками.

– Ну чего ты сразу мамкаешь! Я волнуюсь, вот и спрашиваю по несколько раз.

Отец потянул мать в сторону.

– Нам туда, – буркнул Касьян уже Янине, которая стояла столбом. И чего, спрашивается, застыла? Он усилием воли оторвал от нее взгляд.

Скоро дырку прожжет.

– Касьян, – окликнул его отец, притормозив в дверном проеме.

Касьян повернулся на голос.

– Что?

Отец сдержанно улыбнулся.

– Ничего.

Конечно… Ничего. От отца хрен что утаишь, значит, он уже косякнул? Отец тоже был молодым. А Янина…

Касьян мотнул головой и резким движением руки указал на лестницу.

Янина же вцепилась в рюкзак и посмотрела на его мать.

Ну охренеть…

Она что, боялась с ним идти?

Эта мысль ошпарила нутро кипятком.

– Хорошо… Спасибо вам…

Она выглядела потерянной. Оно и понятно. У нее такие перемены в жизни.

А у него?..

Тоже?..

Как чувствовал, с*ка…

С первой минуты почувствовал…

Они остались вдвоем. И дышать сразу стало труднее. Да что за херня такая.

Он старался погасить тот негатив, что рвал грудь на части. Не выходило.

В прошлом у него случались неприятные истории. Были проблемы с контролем над гневом. Вспыхивал, как спичка, если что-то не устраивало его. В драку лез. Да много что было. Но сколько лет прошло с последнего случая?

Да дох*я! А сейчас-то что!

И из-за кого…

Касьян нахмурился. Играть в приветливого парня он не собирался.

Они поднимались по лестнице. Она шла впереди. Шла быстро, едва ли не через ступеньку прыгала.

А он, как последний дегенерат, шел следом. И рассматривал то, что мельтешило перед самым носом.

Невысокая… Хрупкая… Одетая в какие-то балахоны. Ничего не рассмотреть, не развидеть толком.

А хотелось…

Чертовски хотелось.

Одно ясно – фигурой природа ее не обделила. И грудь имелась, и узкая талия.

Попа тоже на месте. Такая…

Касьян выругался. Может, хватит уже?

Мысли путались, превращаясь в темный, вязкий поток. Из глубин поднималось нечто колкое, острое. Какая-то жажда… Да, точно, жажда. Потому что во рту пересохло.

Хотя кого он, придурок, обманывает? Причем тут пересохшее горло?

Его пальцы непроизвольно сжались и разжались.

Контроль и еще раз контроль. Никаких мыслей влево и вправо. Его первостепенная задача – это понять, что на уме у этой провинциалочки.

Остальное все потом.

Молчание Янины было вполне красноречивым.

Ну что ж, может, оно и к лучшему.

Они дошли до двери. Он перегнал ее, грубо толкнул створку, впуская в комнату. Движение было резким, порывистым, ему нужно было хоть как-то выплеснуть скопившееся напряжение.

– Твоя комната. – Голос Касьяна не дрогнул. Уже лучше.

Хотя…

Нет, с ним определенно что-то не то.