А потом отец с сыном попали под фонарь, и она увидела их одежду. Легкая куртка, соответствующая обувь. Они бегали! И она их как раз увидела в тот момент, когда они возвращались с пробежки.

Янина поспешно сделала шаг назад и дотронулась до горла. Она тоже когда-то любила гулять с папой по лесу. Мама оставалась дома, ссылаясь на то, что очень много дел.

На этаже была отдельная гостевая ванная, в нее Янина и направилась, мысленно прося непонятно кого, чтобы не столкнуться с Касьяном.

Не столкнулась.

Она привела себя в порядок, тщательно помылась, высушила волосы и спустилась вниз.

Софья Маратовна уже тоже не спала и хлопотала на кухне. Пробуждающийся солнечный свет заливал столовую, делая ее уютнее, чем прошлым вечером.

– Ты тоже сегодня ранняя пташка, Янин?

– Доброе утро, Софья Маратовна.

– Ой. – Хозяйка поморщилась. – Давай-ка как-то сменим эту Софью Маратовну на тетю Соню, что ли. Прямо уши режет.

Женщина ей улыбнулась.

Янина слишком быстро кивнула. Создавалось впечатление, что ее впустили еще в один ближний круг.

– Как спалось на новом месте?

– Хорошо.

– А ничего не загадывала? – Тетя Соня коротко рассмеялась. – Помнится, мы девчонками поговаривали что-то по типу: «Ложусь на новом месте, приснись жених невесте».

Янина постаралась сохранить невозмутимость.

Снился ей парень… Высокий, широкоплечий и от которого она весь прошлый вечер шарахалась.

– Ну какой жених, тетя Сонь. Учиться надо. И вообще…

– Учиться – это да-а. Тебе образование обязательно получить надо.

– Я тоже так считаю.

Янина, ничего не говоря, встала рядом с Софьей Маратовной. И так же молча отобрала у нее нож. Хозяйка дома нарезала овощи для пирогов.

Терлоева хмыкнула и скрестила руки на груди.

Но в ее глазах светилась довольство.

– Даже так?

– Даже так. – Янина полушутливо кивнула.

А у самой сердце заходилось в груди. Может, хозяйке дома не понравится ее самовольство?

– Сделаю-ка я тебе тогда кофе. Черный, латте?

– Латте.

По спине девушке поползло тепло. Как же здорово… Хорошее утро выходило, доброе.

– И себе тоже сделаю. Чай пила, поэтому можно и по кофейку.

Они сели на против друг друга.

– Конфетки-то бери. – Софья Маратовна пододвинула к ней конфетницу. – Я уже поняла, что ты девочка скромная. Но давай-ка уже привыкай.

– Теть Сонь… Дайте мне хотя бы неделю на адаптацию.

Янина пила кофе и прислушивалась к звукам дома. Ничего не могла с собой поделать.

– Так, теперь решаем следующий вопрос.

Янина сразу встрепенулась.

– Янина, я хочу кое-что тебе дать. – Софья Маратовна достала из кармана халата банковский пластик и положила его на стол перед девушкой. – Это тебе. Тут небольшая сумма. На расходы…. На книги, на что-то личное… Пин-код – дата твоего рождения.

Янина замерла, глядя на блестящую карточку.

Это было слишком. Слишком по-доброму. Слишком по-матерински.

Глаза наполнились слезами, которые она отчаянно пыталась сдержать. Она заморгала, но не помогло.

– Я… я не могу, – прошептала она, голос предательски дрогнул.

– Можешь, – мягко, но твердо сказала Софья Маратовна. – Пожалуйста. Для меня это важно.

Янина ничего не могла поделать с собой. Она порывисто встала, обошла стол и крепко, по-детски обняла женщину, прижавшись лицом к ее плечу.

А потом всхлипнула, предательски шмыгнув носом.

– Ну вот. Кто это тут у нас собрался мокроту разводить?

– Я. – Янина широко улыбнулась.

На самом деле у нее не то чтобы было плохо с финансами.

Плохо – это не то слово, которым можно охарактеризовать ноль на карте. С похорон остались кое-какие деньги. Она их оставила на методички. Поговаривали, что некоторые преподы заставляли покупать свои опусы.

– Вот, – довольно продолжила Софья Маратовна, чуть отстраняя ее от себя и удерживая за плечи. – Улыбаешься? Умница. А теперь-ка живо запомнила состояние своих лицевых мышц, и чтобы я почаще их наблюдала.

– Я не знаю, как вас…

– Тс-с. – Женщина дотронулась до губ. – Ни слова больше, мы вчера это обсуждали. Все обязательно наладится, детка. Теперь о планах на сегодня. Касьян будет ждать тебя в одиннадцать. Вы поедете в ТЦ.

Янина отстранилась, утирая ладонью глаза. Радость мгновенно сменилась привычной тревогой.

– Я не хочу никого обременять, – поспешно начала она.

– Янина… Как ни печально это признавать, но факт остается фактом. Твои вещи… они немного потрепаны для нашего климата и для города. Я настаиваю. Купи себе хотя бы одну хорошую куртку и сапоги. Хорошая обувь – это важно. Это твое здоровье в первую очередь. Считай это моей просьбой.

Нехотя Янина кивнула. Спорить было бесполезно.