Накинув дутую безрукавку с капюшоном, спускаюсь в сад. По дорожкам еду к ней.

В моем саду на широких тропинках брусчатка. А у нее все поросло газонной короткой травой.

Останавливаюсь у крыльца. Мне не подняться здесь. Объезжаю дом. Замечаю огонек под навесом.

В низеньком старом мангале горит маленький костер.

Подъезжаю ближе.

Тати, сидит у стены на старом пружинном матрасе. В руках наполовину выпитая бутылка.

- Привет...

- Привет.

Широко улыбается. Болезненно.

Блики от костра пляшут по лицу.

Вытирает чуть нелепым, детским движением, запястьем щеку, и шмыгает носом. А на второй щеки блестят дорожки от слез.

Оставляю гитару.

- Оо... Тати! Это что за дела ещё, подружка? - стараюсь помягче выстебать ее.

Пьяно смеётся. Но не весело.

- Давай-ка... - забираю у нее бутылку.

Делаю глоток. Не вино...

Тяну ей руку.

- Поднимайся.

Тяну к себе на колени. И глажу, успокаивая.

- Ну что такое, родная?

Она обнимает меня за шею и греет ледяной нос у меня на виске.

- Ты чего придумала рыдать, м?

Её опухшие губы очень близко в темноте. И я чувствую, как просыпаются рефлексы.

Облизываю свои.

- Кто мне "иглы" обещал и забыл? - хриплым и неровным голосом напоминаю ей.

- Не забыла... - улыбается. - Завтра приду.

- Обещаешь?

- Зуб даю!

- Расскажешь свое горе горькое?

Отрицательно качает головой, улыбаясь.

- Петь будем?

- Ты... - выдыхает она.

Встаёт с моих коленей, вкладывает мне в руки гитару.

Очень хочется ей петь. Что-то пронзительное!

Она раздувает огонь, подкидывая дрова.

- "Я раскрашивал небо как мог!...", - хрипло пою ей. - Оно было белым, как белый день. Я лил столько краски на небеса... И не мог понять откуда там тень..."

Саунд: Ночные снайперы - “Я раскрашивал небо как мог”

Глава 10 - Экспириенсы Татико

Задумавшись, смотрю на рукоход. Мне показалось сегодня, что дело идёт чуть легче. А может, это компенсаторные мышцы таза и пресса стали лучше вывозить, кто знает!

Вздрагиваю от вопля Киры.

- Кир?!

- Боже!.. - хныкает она.

- Что случилось?

- Меня пчела ужалила! Тут жало, кажется... - прижимает руку к себе. - Ненавижу их всех... Б-р-р... Пауки, муравьи, осы...

- Иди сюда.

Выдвигаю ящик стола, достаю пинцет. Вытаскиваю жало.

Жалобно всхлипывает.

И мне кажется, что плачет она не от боли, а от этого всего вот... стресса.

Глажу по ладони.

- Скоро пройдет.

- Мне нужно какое-нибудь лекарство. Чем от пчелиных укусов лечат?

- Ничем не лечат! - за спиной.

Оборачиваемся. В дверях - Татико.

- Тук-тук...

С литровой банкой в руке. Банка закрыта марлей.

- Пчелиный яд - это и есть лекарство.

- Но болит же... - поднимает на нее жалобный взгляд Кира.

- Пожуй листик подорожника и приложи! - пожимает плечами Тати. - Да, Митяй?

- Чего пожевать? - взлетают от удивления брови Киры.

- Просто полотенце намочи и приложи, - улыбаюсь я.

Настроение мгновенно взлетает. Потому что пришла Тати. Потому что она больше не рыдает, обнимаясь с бутылкой. Ну и вообще...

- Что там у тебя в банке? Давай, хвастайся.

Держит её как трофей!

- Ооо... Это твои черноглазые подружки! - играет бровями.

- Ну ка...

- Нет, я сначала объясню. Короче, иногда введённые препараты не рассасываются полностью, а образуют что типа кист. И остаются в одном месте.

- Ты врач?

- Боже упаси! Это гугл всемогущий. Так вот, дальше я уже особо вникать не стала, так как вспомнила, что когда я болела пневмонией, мне ставили дохрена инъекций и лекарство перестало рассасываться. Моя бабушка, быстро решила проблему...

Сдергивает с банки марлю, как раз в тот момент, как возвращается Кира с полотенцем.

- Что это? - присматриваюсь я.

- Пиявки.

Взвизгнув, Кира дёргается в сторону. Жалобно причитает..

Пиявки явно голодные. Быстро сокращаются, дергаясь в воде.

- Фу... - морщусь я. - Нет, я пас!

- Пф! Я тебя не спрашивала, вообще-то. Штаны снял, лег на диван.

- Да ну... - скептически качаю головой. - Если бы проблема решалась так, врачи бы её давно решили.

- Моя бабушка не верила во врачей! Но это никогда не мешало ей лечить меня. Быстро давай.

- Да нет... - смотрю на черных кровопийц с отвращением.

- Нет, ну если тебе настолько прикольно быть "всадником", что ты не готов даже попробовать...

- Ой, ладно! - закатываю глаза.

Расстегиваю ремень.

- Дим, ты с ума сошел! А если это навредит?! - с омерзением встряхивает руками Кира.

- Ему вредит бездействие! - парирует Тати.

- Почему ты позволяет решать постороннему человеку, Дим? Она не врач!

- Кира... - прищуривается Тати, благодушно улыбаясь. - А Вы беляши делать умеете?

- Нет... - растерянно.