Вода же безжалостно хлестала по его лицу. Сердце ее болезненно сжалось в груди. Она нервно сглотнула. Лизавета не хотела видеть его таким.

Не могла видеть его боль.

— Убирайся!

От стального голоса Дмитрия холодок прошелся по спине Карповой. Девушка вздрогнула всем телом, но заставила себя остаться на месте.

Не убегать.

— Нет!

Коротко. Жестко. Под стать ему.

— Я сказал, пошла вон! — Борзый распахнул глаза и теперь прожигал ее своим тяжелым взглядом. Лиза упрямо вздернула подбородок вверх и уверенным движением распахнула дверь тесной кабины. Несмотря на свои гневные слова, Борзый не остановил ее, и это радовало.

— Нет! — она протиснулась внутрь, заставляя мужчину потесниться.

Ледяные струи в считаные секунды намочили и ее одежду. Холод пробирал до костей. Слезы незаметно стекали с лица вместе с каплями воды.

— Не хочу видеть тебя! — проскрежетал он сквозь стиснутые зубы, нависая над ней. — Неужели непонятно?

— Правда? — Лиза задрала голову вверх и с вызовом посмотрела в его черные омуты. — Тогда почему меня не покидает ощущение, что я нужна тебе? Нужна сейчас!

— Не дури, — проворчал он. — Дай мне успокоиться…

— Мне все равно. Я не уйду!

— Почему? — Дмитрий произнес фразу одними лишь губами, но она услышала.

— Ты знаешь ответ на свой вопрос, — девушка задрожала, удивляясь тому, как он смог так долго находиться здесь. — Потому что отлично уяснила значение слова… «твоя».

— Лиза!

Всхлипнув, Лизавета отчаянно вцепилась в его мокрые плечи, притягивая к себе. Крепко обнимая. Сквозь одежду она ощущала мощное биение его сердца. Дмитрий замер и несколько мгновений вообще не шевелился. Напрягся всем телом. А потом, глухо простонав, стиснул ее в ответ.

Так они простояли некоторое время, пока не стало нестерпимо холодно. Похомов словно ото сна очнулся, когда услышал, что у Лизы от холода зуб на зуб не попадает. Тут же подхватил ее на руки и, наспех выключив воду, понес в кабинет. Распахнув дверь ногой, усадил девушку на диван. Сорвал с него простыни, одеяла и плотно укутал ими Карпову. После чего извлек из шкафа сухое полотенце и принялся вытираться сам.

Лиза начала икать от холода. Ее губы посинели.

— Ди… ик… ма? — позвала она мужчину.

Борзый выжидающе уставился на нее.

— Прости меня за те сло… ик… ва.

Мужчина продолжил молча вытираться.

Закончив, накинул полотенце на голову девушки.

— Если ты заболеешь, — окинул ее недовольным взглядом, — я тебя убью!

— Простишь?

— Сумасшедшая девчонка! — буркнул себе под нос, опускаясь перед ней на корточки. — Меня это жутко раздражает. Врать я тебе не могу. Черт! Я на тебя даже злиться по-человечески не могу!

Лиза виновато улыбнулась:

— Это значит… что ты простил?

Мужчина не мигая вглядывался в ее лицо. Костяшками пальцев провел по щеке. Эта невинная ласка пробудила в ней океан эмоций.

Стало трудно дышать.

— В тот же миг…

— Дим! — в кабинет без стука ворвался Соколовский. — О, рыжая проснулась!

Похомов рефлекторно вскочил на ноги.

— Сокол, ты ошалел, что ли? — возмутился мужчина.

Пашка удивленно взглянул на закутанную в постельные принадлежности Лизавету. Затем на выключенный кондиционер. Не уловив связи, повернулся к другу. Дмитрий объяснять ничего не собирался.

— Поезжай без меня, — обратился к Пашке. — Я сегодня в офис не собираюсь.

***

Соня стояла у самого края университетской набережной, любуясь Благовещенским мостом. Она так и не смогла уснуть. Всю ночь безрезультатно ворочалась с боку на бок. А едва забрезжил рассвет, выскочила из дома, отказавшись даже от фирменной запеканки своей матери.

Кусок в горло не лез после вчерашних событий. С минуты на минуту должен был появиться Зарутский. И девушка не знала, что сулит ей эта встреча. Пребывая в глубокой задумчивости, Соня вздрогнула, когда в заднем кармане брюк зазвонил телефон.

— Алло? — не взглянув на дисплей, Алмазова взяла трубку.

— Доброе утро, девочка моя, — раздался голос Алексея.

Соня вздохнула от облегчения.

— Лешик! — нежно произнесла она. — Привет.

— Уже не спишь?

— Нет.

— Где ты сейчас?

— А что? — напряжение сковало все тело.

— Я задал вопрос, Соня.

— На набережной.

— У тебя все в порядке?

— Да, — Алмазова попыталась улыбнуться. — Все хорошо.

— Тогда что ты там делаешь?

— Я?

— Ну не я же!

— Любуюсь красотами нашего города.

— В восемь утра?

— Это запрещено?

— Нет. Просто если учесть тот факт, что ты раньше двенадцати не просыпаешься, выглядит странновато.

— Ничего странного не вижу!

— Раз так, — задумчиво ответил мужчина, — тогда позволь составить тебе компанию!

— Что?

Соня похолодела от страха, когда из стоящей неподалеку машины вышел Гордеев. Как она могла не заметить его автомобиль?