— А ты? — осмелилась прошептать самый важный для нее вопрос.

— Что я? — Борзый напряженно смотрел на девушку сверху вниз.

— Ты убивал?

На его лице заходили желваки. Не в силах вынести ее искренний и невинный взгляд, мужчина отвернулся. Он не знал, что ей ответить, а от этого злился еще больше.

— Зачем тебе это знать?

— Дима...

— Таков наш мир! — выкрикнул Похомов, разворачиваясь к ней лицом. — Либо ты, либо тебя!

— Ты увиливаешь! Прямо скажи!

— Я уже сказал!

— Господи...

Глава 38

Ее глаза округлились от ужаса. В глубине души девушка надеялась услышать отрицательный ответ. Лиза попятилась назад, прикрыв рот ладонью. Приглушая рвущийся наружу вопль.

Борзый молчал. Но прежде чем он взял себя в руки, Лизавета успела разглядеть в его глазах нестерпимую боль. Сожаление?

Ее сердце бешено колотилось в груди. В глазах защипало от непрошеных слез. Как же так? В голове не укладывалось, что Дмитрий… Своим признанием мужчина разбередил и ее раны. Она до последнего надеялась на отрицательный ответ. Верила, что он другой. Хороший. Дура!

Карпова всхлипнула, не в силах сдержаться.

— Как ты мог? — девушка с силой толкнула его в грудь, но Похомов даже с места не сдвинулся. Лишь тяжело дышал, глядя в ее заплаканное лицо. — Кем возомнил себя? — Кричала в истерике Лиза, снова и снова нанося удары ладонями по мужскому торсу. — Богом?

Похомов не шевелился и казался очень спокойным.

Лишь сильно сжатые кулаки выдавали его истинное состояние.

— Какое право ты имеешь распоряжаться чужими жизнями? — ее голос срывался от переизбытка эмоций, но девушке было уже все равно. — Или, быть может, ты умеешь людей оживлять? Умеешь? Как ты смеешь молчать?

Мужчина прикрыл глаза и плотно сжал челюсти, но по-прежнему так и не проронил ни звука.

— А я? Что я наделала? Чем думала? Зачем связалась с тобой? Люди, подобные тебе, способны причинять лишь боль и страдания! Люди, подобные тебе, не постесняются убить мать на глазах у ее собственного ребенка! Словно муху! Играючи разрушить чужую жизнь. Нажать на курок для них не сложнее, чем закурить сигарету, да?

— Довольно! — он смотрел поверх ее головы. На лице Дмитрия ходуном ходили желваки. Костяшки пальцев побелели.

— Но тебе ли этого не знать? — закричала она еще сильнее, в очередной раз ударяя его в грудь. — Гори в аду! Только там…

— Замолчи! — Похомов схватил девушку за предплечья, не контролируя силу, с которой сжал на ней свои руки. Лиза вскрикнула от боли, пытаясь вырваться. Мужчина не позволил. — Хватит! — рявкнул, хорошенько тряхнув ее. — Деточка, а кто тебе сказал, что все так просто? Ты ведь даже не ведаешь, о чем говоришь! Не представляешь, что это такое. Не понимаешь, каково знать, что по твоей вине убили близкого тебе человека. Жить с этим! Весь мир рухнул в один миг. Я месяцами пил, не просыхая. Скорбя по брату. Мечтая о мести. Но когда они попытались и Пашку добить… Вопрос был решенным, а приговор – приведен в исполнение. И возможно, тебя это шокирует, но я ни о чем не жалею. Потому что отомстил. За Егора. За Пашку. За себя. И не хрен мне здесь мораль зачитывать. Я ее наизусть знаю – спасибо матушке! Но не заблуждайся, ЭТО НЕ БЫЛО ЛЕГКО, черт возьми! Они навеки останутся со мной. В воспоминаниях. Такова моя кара за содеянное. И это бремя на всю оставшуюся жизнь! Но кто ты такая, чтобы судить меня?

Дмитрий брезгливо оттолкнул Лизу от себя и, громко хлопнув дверью, скрылся в ванной комнате. Ноги ее уже не держали. Она обессиленно рухнула на колени и зарыдала в голос. Все смешалось в ее сознании. Воспоминания о матери заставляли сердце заходиться болезненными спазмами. А слова Дмитрия разъедали его словно кислотой. Почему ей было так больно?

Разве изначально не понимала, кто он? Понимала! Но не остановилась.

А что теперь? Сможет ли повернуть время вспять? Забыть? Ответ она прекрасно знала, но от этого было лишь больнее. Нет. Похомов успел проникнуть в душу. Забраться под кожу. Не вырвать уже его оттуда.

Но как жить дальше, зная такое?

Лиза потерялась во времени, пытаясь справиться с эмоциями.

Успокоить расшатавшиеся нервы. Постепенно ее всхлипы прекратились. Слезы высохли. Прокручивая в памяти их разговор, анализируя свое поведение, Карпова поняла, что и сама далека от праведницы.

Наговорила Дмитрию кучу гадостей. Причинила боль.

Девушка резко вскочила на ноги, отчего закружилась голова. Да и в глазах потемнело. Повинуясь какому-то первобытному инстинкту, она последовала за ним. Из ванной комнаты доносился звук льющейся воды. Лизавета решительно распахнула дверь, но от увиденной картины замерла на пороге. Борзый принимал душ, даже не сняв с себя одежду. Да как сказать – принимал. Стоял, прислонившись головой к одной из стенок душевой кабины. Просто прикрыл глаза и тяжело дышал. Просто… не двигался.